Едва хмельной восторг улегся, мне захотелось впустить в комнату еще больше света. Я подошла к стрельчатому окну в полной уверенности, что с мгновения на мгновение увижу цветные ковры из тюльпанов, примул и незабудок, множество аккуратных дорожек, соединяющихся между собой в причудливый узор. Однако моим глазам предстали лишь холмистая местность и раскинувшийся на многие мили парк. Маленький фонтанчик, зависший над гладью серповидного озерца, дал трещину и не работал.

Сразу стало как-то невесело. В голове всплыла фраза из статьи о запустении поместья. Правда я ее быстро отмела. Это не соответствовало действительности. Кусты и деревья были ровно подстрижены, трава скошена. Скорее всего, прежних владельцев попросту больше заботило обустройство дома, чем наведение красоты вне его стен. Захотелось немедленно исправить это досадливое упущение. Но ведь тогда я выдам наличие магии. Что же делать?

Желудок тихим урчанием напомнил о себе, и я занялась сборами: надела белое муслиновое платье, уложила волосы в высокую прическу, слегка припудрила щеки и нос. Оценив в зеркале отражение и оставшись довольной внешним видом, отправилась на поиски кухни.

Возможно, следовало вызвать служанку и попросить принести завтрак в покои, но мне захотелось немного осмотреться. К счастью, долго блуждать по лабиринту коридоров не пришлось. Повстречавшийся по пути лакей с радостью провел меня до двустворчатых резных дверей, которые затем почтительно распахнул передо мной.

Столовая представляла собой старинный зал с обитыми светло-коричневым полотном стенами. Сеть магических люстр под потолком, длинный овальный стол из добротного дерева, стулья с высокими спинками. Все в идеальном состоянии. Словно на них никто никогда не садился. Без понятия отчего, но у меня сложилось впечатление, что и само помещение при всем своем желании не вспомнило бы, когда в последний раз собирало у себя гостей. Хотелось надеяться, супруг не воспротивится переменам.

Миловидная девушка в сером платьице и белом фартучке подала завтрак в одно мгновенье. После относительно голодного детства и проведенных в нужде пяти лет вдовьего затворничества я была рада всему, кроме ненавистной овсянки и пшенной каши. Особенно кусочку белого хлеба с козьим сыром и нежнейшей ветчиной.

Выпив две чашки ароматного и не очень крепкого чая, я отправилась на экскурсию по дому. Сегодня он показался мне еще более огромным, чем вчера. Каких залов здесь только не было! Сумеречный с серыми стенами и громоздкими колоннами, Шахматный – с мраморным полом в бело-черную клетку и неподъемными, выполненными в человеческий рост фигурами, такими впору играть только магам. По крайней мере у меня не хватило сил сдвинуть с места ни королеву, ни коня.