Ненужное приглашение было отброшено.

— Нет, ради Бога, только не это! — крикнул он.

Лавиния, вся дрожа, обернулась.

— О… Но… Что ты хочешь сказать? — еле слышно пробормотала она.

Тут пелена, замутняющая его сознание, окончательно слетела и он увидел все отчетливо и ясно. Двумя прыжками преодолев разделяющее их расстояние, он схватил жену за плечи и развернул к себе лицом.

— Ты не смеешь оставить меня! Понимаешь? Я не могу без тебя жить!

Лавиния издала еле слышный вскрик радости, облегчения и изумления и приникла к нему.

— О, пожалуйста, прошу, прости меня… прости… и позволь остаться с тобой!.

. — тут она разрыдалась.

Карстерс буквально смял ее в объятиях, и она не возражала, хотя натиск этот был разрушителен для ее шелковых оборок. Но шелка в том момент были для нее не самое главное. Она пылко отвечала на поцелуи, а по щекам так и катились слезы.

Когда, наконец, Карстерс обрел дар речи, то первым вопросом, заданным жене, был: любит ли она его?

— Ах, ну конечно! — простонала она. — Я всегда, всегда любила тебя, но была так страшно эгоистична и легкомысленна!

Подхватив ее на руки, он отнес ее к дивану и усадил себе на колени, пытаясь заглянуть в глаза.

Но она уткнулась личиком ему в плечо и сделать этого никак не удавалось.

— Так ты никогда не любила этого щенка? — спросил он.

Белая маленькая ручка потянулась к другому плечу.

— Ах, Дики, нет! И ты… ты тоже никогда не любил эту ужасную миссис Фэншо, верно?

Он еще более удивился.

— Миссис Фэншо? Господи, нет, конечно! С чего ты взяла?

— Но ведь ты постоянно ездил к ней и… был так холоден со мной, вот я и подумала…

— Холоден с тобой?! Но дорогая, этого просто быть не может!"

"— Может! Ты был так холоден… а я несчастна… и еще я… я думала, что раз вела себя так скверно и мучила тебя, то ты… п-перестал любить, и я не знала, что делать… А потом… когда ты сказал, что хочешь во всем признаться… я рассердилась… вышла из себя и сказала… что ни за что с тобой не останусь… Но я никогда, никогда не думала этого всерьез… а ты… ты вел себя так, словно хотел, чтоб я уехала.

Ну вот… и я опять не знала, что мне делать…

Он ласково потрепал ее по плечу.

— Милая, не плачь, не надо! Я и понятия не имел… Я думал, ты любишь Лавлейса… никогда в этом не сомневался.

Почему же ты не сказала мне правду?

Она села и с недоумением воззрилась на него.

— Но как я могла? Я была совершенно уверена, что ты влюблен в Изабеллу Фэншо. И решила, что мне лучше уехать… Но ведь одна я ехать не могла и вот… поэтому вчера я сказала Гарольду, что убегу с ним… и еще боялась, что он может не согласиться после того, как я сказала ему, что люблю тебя! О, Дики, дорогой, а ты можешь сказать ему, что я с ним не еду? Скажешь, да?

Он не мог удержаться от смеха.

— Ладно, так и быть, скажу.