За дверями кабинета раздался злобный собачий лай и громкие голоса, среди которых выделялся недовольный баритон Ругге…

* * *Начальник абверкоманды появился в приемной, одетый в пижаму, с ночным колпаком на голове, но с пистолетом в правой руке. Левой он держал за ошейник заливавшегося злобным лаем Дара. Глаза у собаки горели, шерсть на загривке поднялась дыбом.

Следом за Ругге в приемную ввалились полуодетый Шмидт и несколько солдат из взвода внутренней охраны.

— Что случилось? — встревоженный Шмидт подергал ручку двери кабинета. — Заперто.

— Дар поднял тревогу, — щурясь от яркого света, пояснил Ругге.

В углу, где стояла корзина для бумаг, раздался легкий шорох. Один из солдат быстро шагнул туда и, разворошив бумаги, поднял котенка.

— Кошка, господин подполковник!

Дар, свирепо рыча, рвался к дверям кабинета.

— Ну что ты, дурашка, — потянул его к выходу Ругге. — Эта тварь может оцарапать твой нежный нос и испортить морду. Тебе не жаль своих глаз? Выкинуть эту гадость! — приказал он небрежно, поведя стволом пистолета в сторону котенка. — Головой об угол и в помойку.

И потащил упирающегося пса к дверям. Шмидт и солдаты последовали за ним.

— Акт первый, — значительно сказал Ругге Шмидту в коридоре. Тот понимающе кивнул в ответ…

* * *Застывший с фотоаппаратом в руках человек в перчатках чутко прислушался к доносившимся из-за дверей звукам: от каких только нелепых случайностей иногда может зависеть жизнь — например, от вшивого котенка! Ушли? Кажется, да.

Через полчаса он неслышно выскользнул в приемную, тщательно запер за собой дверь кабинета и словно растворился в сумраке слабо освещенного коридора замка…

* * *В эту ночь полутемные коридоры старого имения Пилецкого, построенного в стиле замков богатой шляхты еще в восемнадцатом веке, были странно оживлены движением людей.

Кто-то, скрытый полумраком, проходя в туалет, поднял руку и опустил за карниз деревянной обшивки стен коридора тугой бумажный шарик записки.

Через несколько минут другой человек открыл дверь своей комнаты, вышел в коридор, запустил пальцы за карниз и выудил эту записку…

* * *Выхин прикрыл глаза от неожиданно ударившего в лицо яркого света фонаря.

— Что вы тут делаете? — голос был очень знаком.

Протянув вперед руку, Вадим нащупал запястье человека, державшего фонарь, сжал его и направил свет вверх. Перед ним стоял Тараканов.

— Какая встреча, — усмехнулся Выхин. — Тот же вопрос могу вам задать и я. Или мы, как дети, будем спорить, кто первый спросил?

— Не будем. Но все же?

— Ходил в туалет, — с вызовом ответил Вадим. — Устраивает? Или здесь запрещено ходить ночью по нужде? Кстати, вам тоже не спится, да еще обзавелись фонарем.