– Ты уверен? – лицо короля посуровело, он многозначительно посмотрел на Леона. – Даже не сомневаешься, что моего пасынка оболгали и это не он заплатил за твое убийство?

– Уверен, – отрезал Леон. – Мне написали, что посредник убийцы назвал принца заказчиком, но этот самый посредник за пару золотых мать родную под топор палача подведет, а тут ему явно много заплатили!

– Вот именно: много! Пятьсот золотых! Такие наличные деньги мало кто может выделить на непредвиденные расходы.  Я сам запросто не могу взять такую сумму из казны, не поставив в известность казначея и Рийхет (так называлось в Картуме собрание представителей сословий дворянства, купечества и священнослужителей, выполнявшее примерно те же функции, что боярская дума на Руси, но с более широким спектром полномочий).

– А откуда они у Гильдара в таком случае? – задал резонный вопрос Леон, вторя мыслям Лары. Лара все чаще замечала, что они с генералом мыслят одинаково.

Король нахмурился, откинулся в кресле и пояснил:

– Во-первых, Гильдар последний месяц до нападения на Буртан провел в приграничных землях рядом с крепостью, а там, по сообщению разведки, видели шпионов Бортейпа – они вполне могли встречаться с кронпринцем для заключения приватных соглашений и передачи денег. Причем видели их рядом с поместьем моего кузена, за дочкой которого ухаживает Гильдар. Во-вторых, Аскар по секрету поведал мне (я, между прочим, еще никому не пересказал эту новость и сыскарям даже намека не дал), что в учетных книгах поместья, которые ведет Диала, обнаружилась крупная недостача как раз в размере этой суммы.

Леон задумался и проговорил:

– Аскар сообщил тебе такие сведения, прекрасно понимая, что они еще больше скомпрометируют жениха его дочери, следовательно – он намерен отменить помолвку Диалы с кронпринцем?

Король согласно кивнул:

– Вот именно. Причем Аскар настойчиво советует мне назвать наследником Милора, как последнего прямого потомка нашей династии. И у Аскара нет никакой личной выгоды в этом вопросе – ему, наоборот, следовало бы отстаивать интересы Гильдара, чтоб его дочь стала королевой Картума.

– Интересно, что думает по этому поводу сама Диала, – протянул Леон и по тому, каким тоном он произнес имя девушки, Лара сделала вывод, что ее генерал недолюбливает невесту друга."

"– Это неважно, она еще несовершеннолетняя, – отмахнулся король, – и обязана выполнять решения главы семьи. Кстати, моя семья состоит не только из Гильдара и Милора – моя сестра Солара хотела тебя видеть и лично поблагодарить за защиту страны. После этой войны ты стал национальным героем, Леон, хочешь ты того или нет, – король встал и дружески хлопнул Леона по плечу. – Пойдем, сходим к Соларе, пока лекарь опять ее в постель не уложил, а потом продолжим разговор.