Потом тихо проскользнула в калитку, которая закрывалась только на щеколду (в центре города лорд Лиарн Морейд воров, видимо, не опасался), и растворилась в ночи. Но Лара успела подбежать достаточно близко, чтобы как следует разнюхать и накрепко запомнить собственный, индивидуальный запах этой женщины. Действительно женщины.

«Надеюсь, еще встретимся – и тогда я вас узнаю, пособница убийства. Или заказчица? Какие счеты могут быть у Леона с женщиной? Месть за измену? Ревность? Вы б рассказали Кошке про скелеты в вашем шкафу, дорогой генерал.

Не привыкла я без доказательной базы и показаний свидетелей дело рассматривать!»

Пока мысли и предположения толпились в голове Лары, лапки быстро несли ее назад к веранде и в зал. Лакея Лара запомнила очень хорошо и была намерена глаз с него не спускать и не позволить Леону съесть хоть корочку хлеба на этом званом вечере.

«Это я вовремя успела, – порадовалась Лара, увидев лакеев, разносивших по залу подносы с бокалами. – Аперитив перед  поздней трапезой – святое дело. Вот и тот лакей, которому кулек с неизвестным содержимым передали, – идет в сторону Леона, причем так, чтобы последний бокал достался именно ему.

Что делать будем? Эх, жизнь моя жестянка, а ну ее в болото... Леон, если вздумаешь меня отшлепать – ты мне больше не друг!»

И Лара черным пушечным ядром подкатилась под ноги лакея-отравителя.

Грохот от упавшего на мраморный пол медного подноса, звонкое и частое стаккато хрустальных осколков разлетевшихся в дребезги бокалов, женские визги, мужская брань – все слилось в единую какафонию.

«Он все из пакетика в этот бокал высыпал? Или на запас оставил, если Леон от вина откажется? Надо уводить Леона до начала застолья! Как?» – спешно перебирала возможные варианты Лара.

"

"Леон Ардамас вымученно улыбался очередной «подходящей девушке с хорошей родословной», усиленно делавшей вид, что она очарована его персоной и воспылала к нему чувствами с первого взгляда. Леон решительно не знал, о чем говорить с этими куколками, хлопавшими ресницами и приседавшими так низко, что глубокий вырез их платья не оставлял простора для мужского воображения.

Со своей будущей семейной жизнью Леон давно определился и эти копии Миралы Норлас в нее никак не вписывались. Стараясь говорить как можно меньше, генерал ждал того момента, когда девушкам надоест безответно стрекотать и они дадут ему возможность спокойно просидеть весь этот вечер на диване, но нет – девушки подходили и подходили, а ему приходилось вставать и выслушивать их речи, благодарности, признательности и так далее и тому подобное.