"

"Сегодня Вера должна была сделать очень много: подготовить буклет, афишу выставки, найти рабочего и договориться с ним о развеске экспонатов… Одно это могло занять полдня, потому что музейный рабочий Анатолий, единственный физически развитый мужчина в их организации, очень трепетно относился к своей персоне и избегал всяких попыток загрузить его работой со стороны музейных дам.

Кроме Анатолия, в музее имелся еще один мужчина – инвалид Казимир Стефанович, мастер-окантовщик, но он не годился ни для какой физической работы, кроме окантовки гравюр, документов и прочих музейных экспонатов. Так что приставать к нему с развеской не имело смысла.

Вера очень удачно перехватила Анатолия на лестнице, где он курил вонючий крепкий «Беломор».

– Здравствуйте, Анатолий Григорьевич! – преувеличенно радостно обратилась к нему Вера.

Тот оглянулся через плечо и буркнул что-то невразумительное, Вера решила посчитать это приветствием.

– А я вот к вам! – сообщила она.

Анатолий развернулся всем корпусом и неприветливо оглядел Веру с ног до головы. Взгляд этот ей не понравился, потому что в глазах Анатолия она прочла очень нелестное о себе мнение. Вера весьма хорошо умела читать по глазам, особенно если это были недобрые глаза. Анатолий глядел весьма неласково, если не сказать злобно. Ему очень не хотелось задаром таскать тяжелые ящики и монтировать стенды. Нужно было еще развешивать экспонаты, но это уже давно взяли на себя сами сотрудники.

Как обычно, Вера тут же сникла под сердитым взглядом Анатолия, но, вспомнив о работе, взяла себя в руки. В конце концов, он тоже ей несимпатичен, но работа должна быть сделана в срок.

Анатолий затянулся своим «Беломором» и выпустил вонючий дым Вере в лицо. Она едва не закашлялась.

– Ну? – спросил наконец Анатолий, убедившись, что химической атакой Веру не взять.

– Срочно займитесь выставкой Панаевой, – отчеканила Вера, – ящики в подвале в секции четыре.

– Так уж и срочно? – Теперь противный мужик начал валять дурака. – А что мне за это будет?

– Зарплата два раза в месяц, – любезно сообщила Вера, – согласно ведомости.

– И это зарплата? – грустно спросил Анатолий. – Одни слезы…

Тут Вера была с ним абсолютно согласна, потому что получали они примерно одинаково.

– За срочность надо бы прибавить, – канючил Анатолий.

– С чего? – холодно спросила Вера. – С моих десяти с половиной тысяч? Побойтесь Бога, Анатолий Григорьич, и приступайте к работе.

Он отвернулся и пробормотал что-то типа «курица облезлая», но Вера предпочла не услышать.

После такого продуктивного разговора Вера отправилась в издательский отдел готовить буклет. Черновик текста она написала накануне и носила его домой, чтобы лишний раз просмотреть, поэтому сейчас он лежал у нее в сумочке.