Но сегодня этот мудозвон разозлил ребят по-настоящему, его счастье, если не выберется.

– Ну да, я его здесь и не видел, вроде не добежал. А это что вообще за кадры? Кому это мы любимую мозоль отдавили? Муры? Атомиты?

– А мне почем знать? Они не представились.

– Рация сверху достанет?

– А ты молись, чтобы достала. Иначе хватятся нас нескоро, на ночь глядя никто выручать не поедет, так что сидеть тут как минимум до утра, а патронов не сказать, чтобы много, и ничего тяжелее пары гранатометов не осталось.

Дорогу преградил подозрительного вида завал. Ну никак в одном месте не могло собраться столько хлама, ему попросту негде здесь взяться в таких количествах.

– Похоже на баррикаду, – заметил Карат.

– Да и какая нам разница, – ответил на это Краб, перебираясь на другую сторону. – Все старое, в этой башне хрен знает сколько времени никого не было.

Дальше оказался последний пролет, а за ним открылась верхняя площадка. Четыре окошка, прорезанные на каждой ее стороне, давали достаточно света, чтобы разглядеть подробности. Кучи мусора по углам; раскиданные там и сям старые кости, похоже – человеческие; и длинная, хорошенько тронутая ржавчиной дура, прислоненная к стене, другим словом это оружие язык не повернулся назвать.

Карат, подойдя, погладил холодный металл, с уважением произнес:

– ПТРС[8], его чуть почистить – и будет как новенькое.

– Четкая штука, – кивнул Краб. – Такой машинкой самое то серьезных тварей отстреливать. Но плечо отшибает не по-детски и тяжеленная.

Шуст присел, поднял немаленькую гильзу, понюхал, сделал логичный вывод:"

"– Вот прямо здесь кто-то из него отстреливался, и случилось это давненько.

Только, судя по косточкам, не очень-то ему помогло противотанковое ружье.

– А мертвяк потом взял и к стене пушку прислонил? – улыбнувшись, спросил Карат.

– Да все что угодно могло случиться, мертвяки и не такое учудить могут, среди них хватает затейников, – серьезно ответил Шуст.

Краб распаковал рацию, выругался:

– Места маловато, путевую антенну здесь не растянуть. Может, на крыше попробовать?

В этот момент возобновилось хлопанье затихших было гранатометов, и раздавалось оно куда ближе. Одним из первых выстрелов противник накрыл как раз крышу, что располагалась внизу, и Краб мгновенно передумал:

– Не, нельзя нам отсюда высовываться.

Попробую решить вопрос народными методами.

Что он подразумевал под этими словами, Карат не понял, но уточнять не стал. В рациях не разбирался совершенно, так что не надо специалиста от важного дела отвлекать. Шуст тоже помалкивал, и Краб без лишних слов устанавливал раскладные штыри и протягивал проволоку. Он будто собрался все помещение оплести паутиной, но, видимо, так и надо.