Но это сомнительный вариант. Карат уже понял, что в Полисе не все так идеально, как пытаются показать городские заправилы. Нескончаемыми детскими праздниками не скроешь веские подозрения в сливе информации тем же «колхозникам». В том, что разные подразделения работают в собственных интересах, напрочь игнорируя всех прочих, он лично убедился на первом же боевом выезде.

И в том, что могли пойти достаточно правдивые слухи о цели экспедиции, тоже не сомневался. Невозможно поверить, что те, кто решил отказаться от контракта, смолчали о неслыханном предложении Рэма.

Конечно, если они сумели вернуться.

То есть по стабу могла распространиться информация, что группа бойцов отправилась охотиться на скреббера. И если кто-то встретит единственного выжившего, может случиться всякое. В том числе и то, что искушение окажется непреодолимым. То есть Карата попросту грохнут ради экспроприации ценнейших трофеев.

Даже командиры среднего, а то и высшего звена могут не удержаться. Нет ничего дороже белого жемчуга, из-за него даже самый стойкий рискует свернуть на узкую дорожку.

Непреодолимый для многих соблазн.

Только до Карата так и не доходит, почему из-за каких-то белых шариков он должен идти вопреки всему. Наверно, еще не успел проникнуться эгоистичным духом Улья, который дарит новые способности, но при этом разъедает души да еще и кровавую плату требует."

"Как там перед смертью шептал Рэм? Отдать добычу лично Карбиду и никому другому не позволять к ней пальцем прикасаться. Вот так и надо поступить. А чтобы не вводить народ во искушение, двигаться дальше, сторонясь дорог. До самого периметра, где полным-полно солдат Полиса, там будет непросто скрыть тот факт, что Карат выбрался.

А вот на пустынной дороге запросто похоронят. Людей в патруле вряд ли больше десятка, сговориться можно без труда. Да и быстро избавиться от ненадежных сообщников – не проблема.

Решено, они удалятся на пару километров от трассы и затем пойдут вдоль нее. Прямо на восток до самого периметра – серьезной оборонительный линии, защищающей город на дальних подступах.

* * *– А тебя когда назвали Каратом?

– В первый день.

– Кто такое имя придумал?

– Друг.

– Это как? Ты попал сюда с другом?

– Нет, уже здесь его встретил.

– То есть он тогда еще не был другом. Нельзя подружиться за один день.

– Согласен – нельзя. Но он выручил меня и успел быстро кое-чему научить. Немногому, но это то, без чего я бы пропал, ведь знания здесь – первое дело, особенно для только что попавших. Нам потом пришлось расстаться. Быстро расстаться. Точнее, он меня бросил, когда на нас напала тварь вроде той, которая за тобой гонялась.

– И после такого ты называешь его другом?!

– У него не было другого выбора. Он тогда сделал все, что в его силах.