Здесь преимущественно одни пешеходы, машин почти не видно, и кажется, что и дальше по обеим сторонам этого проулка только заборы предприятий и нет ни одного жилого дома.

— Бежал?

— Да, по улице Лоню в сторону вокзала.

Где находился мужчина, когда женщина попала под трамвай? Мог находиться совсем недалеко от нее, может быть, даже совсем рядом. Вполне возможно, что рядом. Может быть, он толкнул женщину. Нечаянно? Умышленно? Как в одном, так и в другом случае у него была причина бежать. Если в такой ситуации человек убегает, то это можно рассматривать как бегство и не без причины.

— Вы его хорошо запомнили?

— Нет.

— Пожилой? Молодой?

— Не знаю. Я видела только, что он убегает.

— Может быть, на нем была приметная одежда? Шляпа? Подумайте, не торопитесь с ответом, подумайте…

— Нет, ничего не помню. Видела только, что он бежал…

Уж мне-то известно, что в правдивости этих слов нечего сомневаться. Она вообще этого человека заметила лишь потому, что он бежал. Бегущих людей мы замечаем потому, что в нас еще живет представление, унаследованное от наших далеких предков, живших тысячи лет назад, когда все бегущее могло стать для них пищей, а они, в свою очередь, могли стать пищей для тех, кто гнался за ними. Зато гораздо больше мы не замечаем вовсе. Чтобы заметить, нужно особенно заострить внимание на том или ином объекте, его-то в ходе уголовного расследования мы и стараемся нащупать, но сразу это удается редко. Однажды преподаватель криминалистики пригласил меня участвовать в эксперименте, который он проводил со студентами четвертого курса, то есть с почти готовыми юристами. Я в то время уже писал дипломную работу. Преподаватель, как обычно, вошел в аудиторию с портфелем, вынул конспекты и начал читать лекцию. Потом он выложил из портфеля на кафедру очищенную брюкву и, продержав ее там некоторое время, положил обратно в портфель. Через две недели мы провели опрос. Оказалось, что большинство студентов вообще ничего не заметили, лишь некоторые сумели припомнить, что это был какой-то овощ, но никто не сказал, что это была очищенная брюква. Вот и мне теперь предстояло выяснить приметы бежавшего мужчины. Что ж, будем надеяться на лучшее.

— Ваш сосед тоже видел бежавшего?

— Наверно.

— Он дома?

— Нет. Он на работе. — И после небольшой паузы уточняет: — Он работает завмагом. Его зовут Альберт Цауна. Я позвоню, узнаю, на месте ли он.

Цауны в магазине не оказалось: сказали, что он собирался ехать на базу, но не знали на какую.

Кто еще мог видеть бежавшего? Другие соседи, окна которых выходят на улицу. Значит, я должен сделать опрос еще в полсотне квартир. Сегодня уже не успею. Прохожие? Можно опубликовать в вечерней газете объявление, чтобы отозвались люди, видевшие несчастный случай.