Следующий час проходит в полнейшей нервотрепке — пытаемся с родителями сдать билеты, чтобы получить хоть какую-то компенсацию, еще и папа наседает. Ему очень не нравится, что Новый год я буду отмечать в общаге.

— Какая, к чертям, общага? — Баев смотрит на меня как на сумасшедшую. — Ты реально хочешь свалить в этот клоповник?!

Если за последние полторы недели Артем и подобрел, то точно не к студентам.

— Нет, конечно, но как-то неудобно оставаться здесь.

Без тебя.

— Не вижу проблемы, — отрезает Баев. — Я бы многое отдал, лишь бы не ехать завтра к отцу и деду, но не могу. А у тебя полная свобода! Ненавижу Новый год!

А я-то его люблю!

Вечером, когда Артем срывает злость на музыке, тихонько выползаю на второй этаж. Раз уж я остаюсь на полторы недели одна в пентхаусе, то…

Когда Артем играет, его нельзя отвлекать, что-либо говорить, мельтешить перед глазами. Желательно вообще не дышать и не существовать. Поэтому через полчаса, когда он уже заканчивает исполнять «Элегию» Рахманинова, решаю попробовать.

— Скажи, я слишком обнаглею, если немного украшу здесь все? — осторожно спрашиваю Баева, когда он аккуратно закрывает инструмент. — Видела в одной из гостевых спален в гардеробной большие коробки с игрушками… Просто я очень люблю Новый год… и…

— Обнаглеешь, но когда тебя это останавливало? Валяй! — Голос у него уставший, Баев явно не в духе. И музыка ему не помогла. Так сильно не хочет ехать завтра к родне?

— Спасибо! Я все уберу к твоему возвращению, — тороплюсь его поблагодарить, пока он не передумал. — И еще кое-что.

По глазам Артема понимаю, что лучше заткнуться и испариться, но вместо этого прошу:

— Можно я на кухне поготовлю, пока тебя не будет?

На лицо Артема ложится тень; я знаю, о ком он думает сейчас, но заставляю себя выдержать его взгляд.

— Зачем тебе? Филипп плохо кормит?

— Отлично кормит, но дело не в этом! Я просто соскучилась по той еде, к которой привыкла. И еще Новый год, а я очень его люблю и столько всегда с мамой готовила…

— Хватит! — обрывает меня Баев. — Я понял. Делай что хочешь, но если я почую запах еды, когда вернусь…

— Не почувствуешь! — радостно взвизгиваю я. — Обещаю! Съезжу завтра в город…

— Не надо никуда ехать, скажи Филиппу, что надо купить, все привезут.

— Неудобно как-то…

Баев так выразительно смотрит на меня, что я стыдливо опускаю взгляд. Но в душе танцую от радости. Я устрою себе самый лучший Новый год, хоть и остаюсь одна!

— Ладно. — Артем встает из-за рояля. — Спокойной ночи, Мира. У меня утром самолет, ты еще спать будешь. Постарайся ни во что не вляпаться за эти дни и не шатайся где попало.

Когда он подходит ближе, я взволнованно вскакиваю с дивана, снова испытываю ту самую неловкость прощания, как днем.