— Ты скажи, когда там эта ваша газета про первокурсников выйдет? — спрашивает мама и тут же осекается. — Ой! Сболтнула лишнее! Я ж обещала…

— Все нормально, мам. Мне… рассказали.

Мама заметно расслабляется. Какая она у меня простодушная все-таки. Поверила Баеву!

— Хороший мальчик приезжал. Воспитанный такой.

Ага, как волк в овечьей шкуре!

— Столько про тебя расспрашивал! И письмо от вашего декана показал, и говорил, как тебе нравится учиться. И что академия для тебя как второй дом.

Вот же сволочь!

— Что еще он сказал? — выдавливаю из себя улыбку.

— Да он больше спрашивал.

— Мама хмурится, что-то припоминая. — А вообще сложный парень. Непростой совсем. Папе очень не понравился. Говорит, высокомерный, а я не заметила. И что… Мирка, а у тебя с ним же ничего нет, да? С этим Артемом?

Я чуть с кровати не падаю!

— Мам! Ты чего?! Да не дай бог! Ты что такое говоришь! — возмущенно восклицаю я. — Это же Артем Баев! Он внук нашего основателя. И вообще мне такие, как он, никогда не нравились! Фу! Мне совсем другой нравится! То есть… нравился…

Я затихаю и виновато смотрю на маму. И чего так завелась?

— Другой мальчик! — Мама мгновенно забывает про Баева.

— Другой… это… а это не Тарас? Ты только про него говорила. Один раз!

Вот это память!

— Мам, да… Тарас мне нравился, — признаю я очевидное. — Очень сильно нравился, но все… очень сложно, что ли…

Замолкаю, потому что внезапно становится холодно, неуютно, будто где-то рядом открыли окно. Отрываю взгляд от телефона и вижу в дверях своей комнаты… Баева.

— Ма-ам, я потом наберу, ладно? — Стараюсь, чтобы мой голос не дрожал, и, едва дождавшись от мамы «пока», быстро нажимаю на отбой.

— Ты что-то хотел? — осторожно спрашиваю я у Артема, который молча прожигает меня взглядом.

— Я сегодня уже убралась. Все как обычно.

Он тянет паузу, от чего я нервничаю еще больше. До меня не сразу доходит, а когда доходит, мучительно краснею и сползаю с кровати. Я уже сняла свою форму, в которой убираюсь; вообще я спать собиралась, поэтому на мне короткие шорты и топ на тонких лямках. И все!

— Через пять минут в моем кабинете, — бросает Артем и отворачивается. Он-то одет прилично — в брюках и рубашке.

Первым делом напяливаю на себя длинные домашние штаны и кофту и только после этого поднимаюсь наверх.

Артем стоит у окна спиной ко мне — высокий, сильный и опасный. Скорее всего, он многое слышал из нашего с мамой разговора. Я бы подумала, что ему могло быть неприятно, что мы его обсуждали, но мнение таких, как мы с мамой, его точно задеть не может.

— Завтра обязательно протри книги в библиотеке, на них много пыли, — говорит он, не оборачиваясь. — И еще, Мира. Ты ничего не брала из той комнаты?

Он резко поворачивается, и я судорожно вдыхаю. Попалась!

— Брала, — киваю я.