При любом исходе Князь не обидит такую симпатичную ведьмочку… Не то что меня, старого дурака… Кроме того, у тебя же есть уникальный серебряный браслет? Я отлично помню, как мастерил его… Эх, Марьяна, Марьяна…

Лицо карпатского мага вдруг посерьезнело, будто на него легла какая-то незримая тень, омрачившая мысли.

Мольфар не спешил продолжать. Каве мучительно раздумывала, как бы воспользоваться ситуацией и выпытать что-нибудь новое про подарок несносной прабабки – серебряный браслет, перевернувший ее жизнь с ног на голову.

Но маг первым подал голос:

– А вот другу твоему, Карпатскому Князю, придется тогда несладко.

– Почему? – встрепенулась Каве, вмиг позабыв про браслет. – Если Ключ окажется у Рика Стригоя, разве он не оставит Лешку в покое? Ну… то есть Карпатского Князя? Зачем ему наши маленькие Карпаты, когда у него есть Чародол?

Великий Мольфар глубоко вздохнул, не спеша повернулся и наконец впервые глянул на девушку в упор.

Треснула ветка, и пламя костра вскинулось на мгновение, ярко осветив крепкую фигуру мага. И ведьма вдруг увидела красивое, тонко очерченное лицо юноши и необычайно выразительные глаза – синие, густого кобальтового оттенка, с холодными льдистыми искрами, вспыхивающими в самой глубине зрачков. Его взгляд был полон превосходства, осознания собственной значимости; взгляд усталый, печально-равнодушный, в чем-то пресыщенный и глубоко разочарованный. Увидела она и властную жесткую складку у рта, надменно вздернутый подбородок, гордую посадку головы над воротом богатого одеяния, шитого золотой и серебряной нитью. И длинные тонкие пальцы – искусные, ловкие, привыкшие мастерить…

Так вот каков ты на самом деле, Великий Мольфар!

– Непроста ты, ведьма, – нарушая чары наваждения, резко произнес маг. На этот раз его голос прозвучал грубо, неприятно, не было в нем и тени добродушия.

Каве поняла, что не ошиблась, – ей удалось разглядеть истинный облик карпатского мага. Она глянула на собеседника с вызовом: и как тот воспримет свое разоблачение?

Но Мольфар отстранился, вновь повернулся к костру, потрепал по загривку каждого из рыжих зверюг.

Каве молчала, терпеливо ожидая продолжения беседы.

Наконец Мольфар глубоко вздохнул.

– Рик Стригой ненавидит Карпаты, – тихо произнес он. – Есть у него причина… Он мечтает уничтожить волшебные горы, чтобы исчезло единственное магическое пространство, соединяющее наш мир с великим Чародолом. Рик Стригой никогда не хотел сотрудничать с Карпатским княжеством. Главный его интерес – перекрыть Дверь в Скале навечно. И ему это удастся, если он заполучит Золотой Ключ.

– Не может быть! – ахнула изумленная девушка.