– Вы так и сделайте… Но знайте, что всегда можете на нас рассчитывать.

– Ведь ты был с ней… очень близок? – вдруг спросил Патрик у Вордака. – Был ее лучшим другом?

До сих пор молчавший Шелл громко свистнул, всем своим видом выражая крайнее неодобрение."

"Лешка медленно повернулся к англичанину.

– А ты? – вдруг грубо спросил он. – Ты тоже был?

– Хотел, но не вышло. – Патрик улыбнулся. – И подозреваю, что из-за тебя. Но даже я готов сделать для нее больше, а ты лишь жалеешь себя и мучаешься дурацкими сомнениями. – Улыбка на его лице погасла. – Выбери уже: или она, или отец.

Патрик схватил за руку Эрис, обалдевшую от его слов, и потащил за собой в зеркальный проем.

– Вот же козел, – мгновенно возмутился Шелл. – Обхаял и убежал! Нет, ты видел?!

Лешка не ответил.

– Отец… я хочу поговорить с тобой.

Старший Вордак медленно повернулся. Маг Виртус заглядывал через его плечо. Он щурился, пытливо изучая Лешкино лицо. Парень выглядел бледным, но серьезным и решительным.

– Нам стоит поговорить, – настойчиво добавил он.

Некоторое время старший Вордак сомневался. Кажется, неожиданное появление Алексея в гостиной нарушило их серьезный разговор с белоголовым польским магом.

– Ну что ж… я тебя слушаю.

Вордаки отошли в сторону.

Некоторое время оба молчали.

– Сын?

Лешка нервно сглотнул. Отвел глаза в сторону. И вдруг решительно взглянул на отца.

– Отец, спаси ее.

Мстислав Вордак шумно выдохнул и неожиданно громко выругался.

– Хватит! – резко произнес он. – Однажды я уже допустил ошибку с этой девушкой, но теперь все будет иначе… Даже наоборот – теперь эта девушка спасет всех нас.

– Что? – Лешка непонимающе прищурился.

Мстислав Вордак пожевал губами, поморщился. Остро взглянул на сына.

– Я договорился с Лютогором… Он согласен добровольно встать в Круг Силы и не претендовать на титул Единого Карпатского Князя. Другими словами, мы поделим власть. Если я отдам ему Татьяну.

– Прости, что ты сказал? – На лице младшего недоумение сочеталось с гневом и недоверием.

Старший Вордак вновь взглянул на сына.

– Я отдал ему право распоряжаться судьбой хранительницы Венца.

Лешка попятился.

– Извини, Алексей. – Черные глаза президента неотступно следили за сыном.

– Да ты знаешь… ты знаешь, что он с ней сделает?! – Парень не выдержал и сорвался на крик. – Он ведь чокнутый, садист… Дикий! Они же будут… Ведь он знает и отомстит… – Лешке перестало хватать слов. Он сделал глубокий вдох и вдруг зло выкрикнул: – Я тебя ненавижу! Ты сволочь! Гад!

Виртус наблюдал за семейной сценой со спокойным высокомерием. Впрочем, не без затаенного интереса.