А теперь… Полетели к нашему сыну?

Я радостно киваю и чувствую, что щеки опять мокрые. Но в этот раз это слезы радости.

Останавливаемся мы только раз, на самой границе. Как выяснилось, как только Гардариана не стало, вся нежить словно лишилась подпитки и попадала там, где была. От этого остальные силы противника смешались и отступили. А союзники из других кланов вообще вышли из боя, что еще больше обескуражило войска клана Квиланд.

Мои люди вытеснили всех неприятелей за пределы границы и взяли такую необходимую передышку. Когда мы с Ником прилетели, стало понятно, что это не просто передышка. Бои больше не возобновятся.

Ник восстанавливает магический щит на границе, отдает распоряжения и посылает надежных людей по остальным точкам. Среди них оказывается и тот парень, который сопровождал меня из таверны в замок Ника. Но ему Ник дает какое-то особое поручение, о котором не говорит больше никому.

Я не тороплю, понимая всю важность происходящего для всех людей, магов и драконов клана Сайланд, но, когда мы, наконец, приземляемся на башне замка Рэгвальда, я не могу скрыть нетерпения. Теперь, когда я знаю, что мой малыш находится совсем рядом, мне хочется бежать, просто мчаться, а лучше, вообще, переместиться порталом и сразу в нашу комнату.

Нет никаких сил бежать после всего того, что было. Ник поддерживает меня за локоть, и мы тихо спускаемся по лестнице, в конце которой нас ждет Рэгвальд. Он молчаливо, немного грустно улыбается.

— Все? — спрашивает он.

— Да, — коротко отвечает Ник, а потом подходит и бьет Рэгвальда кулаком в лицо. — Я просил защитить Тиоллу.

Тот отшатывается, вытирает кровь, выступившую на разбитой губе, и громко смеется.

— Видимо, судьба у меня такая — получать от тебя из-за женщин, — потом смотрит на меня, становится серьезнее, даже хмурится. — Прости, Тиолла. Но я не мог поступить иначе ни два года назад, ни сейчас. Иначе Гардариан, а потом и кое-кто посерьезнее, другими способами обрел бы власть. Сейчас у нас есть отсрочка.

— Наверное, бесполезно говорить, что боги тебя будут судить? — пожимаю я плечами. — Полагаю, это было по их воле.

Рэгвальд чуть прищуривается, неопределенно пожимает плечами.

— У богов есть замысел с учетом многого, чего мы не знаем. Но они могут направлять нас. А выбор всегда делаем мы сами, и именно от этого зависит то, как складывается наша судьба, — он снова дотрагивается пальцами до раны на губе и выпускает легкое плетение, которое мгновенно заживляет ее. — Риан с няней. Они как раз готовятся ко сну.

Рэгвальд отходит, пропуская нас к комнатке. Как только открывается дверь, Риан сразу же замечает нас, на его лице расцветает улыбка. В моей груди распускается огненный цветок радости, нежности, облегчения. Мы теперь рядом. Мы вместе.