Иначе с чего бы ему звонить мне в два часа ночи?

— Хорошо, — нервно хихикнула я. — Я к шести утра приеду. Ты сможешь меня встретить?

— Ребенок с тобой?

— Со мной.

Папа выдохнул, неужели он думал, что Ярослав лишит меня сына? А вдруг… страх взялся из ниоткуда липкой волной пополз по позвоночнику, я стряхнула его усилием воли. Нет, он не будет… Он же любил меня. Когда-то.

— Я приеду.

Я с облегчением закрыла глаза. Неважно, что я не хочу возвращаться в родной городок побитой собакой, никому не нужной мамой-одиночкой. Важно то, что моему мальчику там будет хорошо, там я смогу его вырастить. Прижала к себе тяжелого теплого ребенка. И, словно мантру повторила в крошечное ушко, касаясь щекой шелковистых кудрей — шапку мы на вокзале сняли.

— Все будет хорошо. Мы с тобой все сможем. А когда он придет за нами… мы с ним не пойдем.

И повторяла снова и снова. Не раз. Через месяцы, через годы. Илюшка рос. Просто не было. Но я… я обещала, а я — щит моего сына. Только… мантра потеряла смысл. Никто за нами не пришел. И только семь лет спустя, когда все изменилось, когда я пережила и переболела… Я разговаривала по телефону. Смеялась даже, замерев с ключами у машины и не спеша уезжать. У автомобиля рядом хлопнула дверца, а я…

— Поехали, — раздался голос сзади.

Я узнала его мгновенно. Забыла сбросить звонок, так и стояла, не слыша того, что говорил мой собеседник. Забыла, как дышать, и с усилием вздохнула колкий морозный воздух. С трудом обернулась.

— Куда? — спросила я и мой голос почти не дрожал.

— В школу, — улыбнулся он. — За нашим сыном.

Глава 1. Ярослав

Сначала я поехал к ее отцу. Найти его было несложно, на пенсию он еще не вышел, работал все там же. Гораздо сложнее — выкурить его из конуры. Я подал официальный запрос на посещение города, сделал несколько звонков. Он не хотел меня видеть, не хотел со мной говорить. Только проблема в том, что я бываю несколько упрям.

Черный тонированный джип подъехал на парковку, когда я закурил десятую уже по счету сигарету. Я знал, что ему давно доложили о том, что я здесь жду, знал, что это его бесит, но прищучить руки коротки. Он вышел из автомобиля, я с интересом его оглядел — несколько лет не виделись. И только потом вышел ему навстречу. Руки подавать не стал, просто знал, что жеста не оценят.

— Что тебе нужно? — спросил он.

Старость уже начала скручивать в бараний рог некогда могучее здоровое тело, но полковник Елагин был еще очень силен, сила сквозила в каждом его движении.

— Я хочу увидеть своего ребенка.

Елагин засмеялся хриплым каркающим смехом, оценивающе на меня посмотрел. Ему наверняка не нравилось то, что он видел, я уже далеко не юнец, не уверенный в своих силах.

— Вперед, — развел руками он.

За его спиной длинное полотно серого бетонного забора под колючей проволокой.