Заларак сорвался с места, оставляя за собой алую нить, и проскользнул между пальцами каменных рук. Крик оборвался, словно кто-то перерезал струну.

— Минус два, — улыбнулся я, поворачиваясь к главному представлению.

Жора теснил монгола. Ледяные копья вырастали из земли, пронзая пространство вокруг Батбаяра. Хоть тот и уклонялся, слуга загонял противника в угол в прямом смысле. За спиной твари «заморской» Жора сделал что-то похожее на стену, и тот отступал к ней.

Мой слуга улыбнулся. Его руки взметнулись вверх, и небо над особняком потемнело. Первые снежинки закружились в воздухе, падая на землю хрустальным ковром. Иней расползался по территории, превращая всё в зимнюю сказку.

Батбаяр взревел, его тело окутал огненный кокон. Но снег падал всё гуще, а мороз становился крепче. Лёд полз по ногам монгола, сковывая движения. Он пытался сопротивляться. Пламя охватило его целиком, одежда сгорела.

Вот только снежная буря поглотила последние отблески огня. Батбаяр замер, превращаясь в причудливую ледяную статую. Лицо мужика застыло в маске ярости и недоверия. Похоже, монгол до последнего не верил, что его может победить «простой слуга».

Статуя простояла всего несколько секунд, а потом осыпалась ледяным крошевом, добавляя блеска свежевыпавшему снегу.

Мои паучки держали периметр, пока люди отходили в лес. Родители-пауки заняли позиции рядом с первой стоянкой. Все они получили приказ обрушить шквал морозной паутины на любого преследователя. Их детишки сопровождали моих людей и передавали сигналы, что всё спокойно.

Я медленно повернулся, оценивая масштаб разрушений. От особняка осталась едва ли половина. Пламя Батбаяра выжгло его изнутри, превратив некогда величественное здание в обугленный остов. Шестьдесят процентов построек лежали в руинах, словно по территории прошёлся ураган из огня и камня. Хотя почти так оно и было.

Два уцелевших ангара сиротливо жались друг к другу, как последние выжившие после катастрофы. А вот это…

— Это уже верх наглости! — вырвалось у меня.

Мой новенький грузовик и машина были погребены под грудой камней. Я даже толком не успел на них поездить! Почему-то именно эта мелочь задела сильнее, чем все остальные разрушения.

Повсюду валялись обломки — куски стен, разбитая мебель, искорёженное оружие. Земля была изрыта, словно по ней прошлось стадо бешеных кабанов. Лёд Жоры медленно таял, превращая двор в подобие болота.

Я направился к своему слуге, с трудом переставляя ноги. Усталость наконец начала догонять, напоминая о том, сколько сил пришлось потратить на контроль монстров.

— Господин, — Жора тяжело дышал. Его обычно безупречная одежда превратилась в лохмотья.

— Георгий, — кивнул я. — Отличная работа.