– Я могу помочь, – соглашается Сергей, который знает явно больше нашего.

– Помоги, – почти умоляет мама. – Вы же со Стасом столько лет знакомы, ты же знаешь, насколько скрупулезен. Как так вышло?

– Я не знаю, Инесса Игоревна. Может, это происки конкурентов, хотя вряд ли, – Сергей задумывается. – Никто бы не пошел на жертвы, ведь если все скроется, то это уголовное дело.

Мама тянется за стаканом, наконец отпустив мою руку, и я поднимаюсь, расхаживаю по гостиной.

Надо что-то делать. И почему-то в голове бьётся лишь одна-единственная мысль: «Марат бы мне помог, он бы сразу придумал».

Господи… Моего отца посадить могут, а я думаю про мужчину, с которым провела всего ничего времени.

– Ты можешь организовать встречу с отцом и следователем? – уточняю у Сергея.

– Лада, а что ты можешь сделать? – мама бьёт ладонями по дивану в отчаянии.

Не знаю что, но я хотя бы попробую выяснить обстоятельства, а потом уже думать, как помочь папе.

Дни сливаются в один страшный кошмар. И мне уже кажется, что Сергей даже преуменьшил проблему. Все намного и намного хуже. Адвокат говорит о том же. Отец держится, повторяет, что ни в чем не виноват. Работники все твердят одно и то же, так что в их честности следствие не сомневается. Мама совсем слегла, поэтому везде мы ездим с Сергеем вдвоем.

Наконец, когда я тоже чувствую себя уже на пределе, мы сидим с ним в машине, я кусаю губы, уже не зная, как помочь отцу.

– Лада, – Сергей касается моей ладони, которую я тут же отдергиваю, – я много думал. Думаю, есть вариант помочь Станиславу Григорьевичу.

Смотрю на него с надеждой, даже не чувствуя очередного прикосновения к своей руке.

– Сколько это будет стоить? – прекрасно понимаю, что такое дело по щелчку пальцев не замять. – Сергей, ну же? – тороплю. – Может, провести независимую экспертизу на объекте? Отец же уверен, что он прав.

– Уже проводили, Лада, – вздыхает он. – Ты думаешь, я не сделал это в первую очередь? Думаешь, я не хочу помочь Станиславу Григорьевичу?

– Тогда что? – тихо спрашиваю.

Почему-то даже улица затихает, я слышу лишь звон в ушах. И вижу перед собой только лицо Сергея, уже зная, что услышу.

– Мне надо будет больших сил и, возможно, репутации спасти твоего отца, – говорит он тихо, поглаживая мое запястье большим пальцем. – И даже моей собственной свободы, если я где-то облажаюсь. А ты на подобное готова ради Станислава Григорьевича?

Да я на все готова! Я отдам все деньги, которые у меня есть. Да я вместо него в тюрьму сяду. Я уже на грани и в этот момент способна душу дьяволу продать, лишь бы все скорее закончилось.

– Ты заберёшь мою свободу в обмен, – шепчу я.

– Нет, Лада, – Сергей удрученно качает головой. – Я сделаю тебя счастливой.

Я была счастлива. Пусть недолго, но знаю, что это такое.