Не появилась она спустя час, пять, десять. Ночью смартфон подполковника завибрировал сообщением.

– Ева!

Сердце мужчины на миг замерло, но затем сорвалось в пропасть, оставляя рваные ошметки на острых пиках камней, теряя последние капли надежды.

Уведомление о разводе.

С этой минуты они больше не муж и жена.

Семья Адашевых прекратила свое существование.

Так решила Ева.

– Зачем ты так? – выдохнул подполковник, раз за разом вчитываясь в сине-желтый лист, ставший некрологом семилетнего счастья. Мозг отказывался принимать новую реальность, душа сопротивлялась и корчилась от боли. – Мы могли бы поговорить…

Макс до последней минуты верил, что Ева вернется, даст ему последний шанс, но она решила иначе.

В большую спортивную сумку уместилось все, что нужно: белье, футболки, джинсы и рубашки, пара костюмов для встреч на высшем уровне, обувь. За забытой туалетной водой, подаренной Евой, он вернулся через час. Этот запах ассоциировался с присутствием любимой женщины.

– Это твое, – заметила Ева, выбирая темно-синий флакон среди множества альтернатив. – Сдержанно, благородно, дорого.

Она видела своего мужа таким, а он оказался…

– Макс, ты можешь хотя бы предположить, в каком направлении она могла уехать? – Начбез взял быка за рога, едва Адашев появился в офисе с новостью о разводе и исчезновении жены. – Это север или юг? Она любит тепло или прохладу?

Если бы он только знал ответ на этот вопрос…

– Лис, Ева не дура. Она исчезла, чтобы я ее не нашел, и логика тут едва ли поможет, – он устало растер лицо руками и взъерошил волосы. Прошлую ночь Макс провел без сна, меряя шагами одноместный гостиничный номер.

– Большой город или что-то помельче? – не унимался начбез. – А может, она решила уехать в деревню?

– Не знаю! – повысил голос подполковник. – Я ничего не знаю, Лис!

– Хреново… Тогда будем искать, постепенно расширяя радиус, но ты понимаешь, что это займет время. Много времени, Макс. Кроме того, в маленьких городах и деревнях система видеонаблюдения еще плохо развита…

Лисовец не стал продолжать мысль. Адашев прекрасно понимал, что поиск мог затянуться надолго. На год и даже больше. Если Ева решила спрятаться в глубинке, то вероятность ее обнаружения стремилась к малым величинам.

– Ищем, Лис. Ищем.

Процессоры гудели без перерыва, сотрудники «Цербера» постоянно меняли друг друга у больших экранов. Программа выдавала лица девушек-блондинок с короткой стрижкой, которые были в той или иной мере похожи на Еву.

– Нет, не она.

Сначала Макс вздрагивал, когда на его телефон приходил очередной вариант, но затем просто молча закрывал чужие фото."

"Его любовь предпочитала оставаться вне поля зрения, оставив после себя пустую квартиру, обручальное кольцо и воспоминания.