– Марго, и у этих людей ты работаешь? Они тебя в рабство не взяли еще? И почему на тебе грязный сарафан? Ты окучивала картошку?

– У нас нет картошки.

– А вот это зря, в вашем возрасте нужно тянуться к земле, в конце концов, она должна вас потом принять.

– Мама, что такое ты говоришь?

– Все там будем, я ничего сверхнового не сказала.

Паша заржал как конь, я спрятал улыбку в кулак, Маргарита икнула, Леонидовна приоткрыла рот, а отец раздул ноздри. Но когда из дома выбежала Софи и пес с громким лаем, все переключили свое внимание на них.

– Деда, деда приехал, я так скучала!

Малышка кинулась к отцу, пес начал скакать рядом.

– А что ты мне привез?

– А что бы ты хотела, принцесса?

– М-м-м-м… карету, как у Золушки. Красивую, золотую.

– У нас уже есть две кареты, – отец кивает на машины.

– Это не кареты, это уже тыквы, а кучер не пойми куда смотрел, когда ехал, – снова укол от брюнетки.

– Давайте все зайдем в дом и разберемся с ситуацией, вы не против? – обратился к матери Маргариты.

– Матильда Феликсовна, а вы, я так понимаю, господин Вишневский-младший, тот самый напыщенный индюк и женоненавистник?

– Правда? – обернулся на Цветкову, та вроде меня не слушала, разговаривала с толстяком и Пашей.

– Так говорила моя дочь, няня этого прекрасного создания. У вас чудесная дочка.

– Спасибо, пойдемте в дом, мы уже создали пробку. Отгоните машины дальше, припаркуйтесь, а Ольгу Леонидовну можно отпустить. Мы же больше не нуждаемся в ее услугах сегодня, а с давлением мы как-нибудь справимся сами.

Отец махнул Ольге рукой, с Софией на руках пошел в дом, Пашка выгрузил пакеты, а Сурикова неохотно, но уехала.

Вот и правильно, пусть катится, не хочу ее видеть в нашем доме, странная неприязнь к ней, причину которой я пока не могу понять.

– Стиви, ко мне, пойдем в дом. Маргарита, ты с нами? Или с напыщенным индюком как-то не очень хочется общаться?

– Что? Это мама сказала? Я совсем так не думаю.

Девушка покраснела, я незаметно шлепнул ее по попке, она взвизгнула.

– Миша, я тебя прошу, ничего не говори маме.

– Почему?

– Да потому, что это мама, у меня будет миллион вопросов, ты еще не знаешь, какая она.

– Хочу узнать, помощнице отца она лихо заткнула рот, а еще мне интересно, кто такой Эмиль, которой тебе названивал и сейчас написывает, я видел от него уведомления, ты оставила телефон на столе.

– Я… это…

– Марго, мне нужно с тобой поговорить.

– Вот, уже начинается.

В доме отец общался с Софией, Матильда Феликсовна пытала свою дочь, Паша разбирал пакеты, лишь толстяк Яша скучал, нервно стирая с лысины платком пот. А мне не давали покоя не шпионские страсти, а сообщения Эмиля, адресованные моей Цветковой.