Я вздрогнула: не успела справиться с эмоциями. — Неужели Свят не знает, что ты родила от него?

— Ди, это тебя не касается.

— А если я расскажу ему? — хотела попробовать шантажировать меня.

— Вперед, — открыла дверь уборной, — уверена, Свят будет очень рад. Очень.

Диана понимала, что общие дети нас с Нагорным свяжут навсегда, а ей, видимо, этого очень сильно не хотелось. Господи, столько лет грезить о чужом муже! Это явно патология. Или сестре жизненно необходимо отобрать у меня все, что я имела.

— Я вообще предупредить тебя хотела, — Диана неожиданно сменила тему.

— Отец болен, серьезно.

— Чем? — увы, но я не настолько бездушна, чтобы никак не среагировать. Этот человек родил меня, растил, просто папа тоже не умел любить без выгоды.

— Рак желудка, четвертая стадия. Ему недолго осталось.

Я сжала виски. Этого не ожидала. Это очень жестко. Не зря мне показалось, что отец плохо выглядел. Могла ли я что-то сделать для него, если он удостоил меня только упреками?

— Артур надеется получить все, но для этого ему нужна ты. Я точно знаю, что твой отец поставил ему такое условие, когда узнал, что ты вернулась в Петербург.

Будь осторожна, не верь его песням о любви. Он очень жесток и способен на все.

— Почему ты меня предупреждаешь?

Я это знала и без нее! И в сказки Самойлова не поверю ни за что!

— У каждого свой интерес, — хитро улыбнулась. Диана вышла, а я схватилась за раковину. Как же сложно играть, лгать, изворачиваться. Этот мир извращал душу и лишал ценностей. Нет, можно оставаться такой же куколкой, наивной и доверчивой, только тогда тебя растопчут, вытрут ноги и выкинут за ненадобностью, как старый чемодан.

Я вышла из уборной и прошла прогуляться по клубу, игнорируя банкетный зал.

Хотелось подышать и отдохнуть от любопытных взглядов. Сегодня я плохо играла роль любящей покорной жены.

Я вышла на воздух, обнимая себя руками. Не видела, но слышала, как шумели волны где-то в темноте берега. Здесь территория освещена, глаз радовали осенние цветы, а сосны пронизывали черное небо. Пахло увяданием.

— Свят, — услышала имя своего мужа и голос узнала, — мне есть, что тебе предложить, просто послушай. Вместе мы…

— Что за бред! — жестко прервал. — Мне это неинтересно.

— Но… — Диана пыталась что-то доказать ему.

— Избавь меня от своего присутствия и займись уже своим ментальным здоровьем. У тебя навязчивая идея.

— Потому что это любовь, Святослав. Никто тебя не будет так любить, особенно Ярина. Она Савицкая, она не способна любить Нагорного. Они все такие!

Я закусила губу, чтобы возмущенно не обличить эту ложь. Диана буквально одержима Святом, и это уже совсем не про любовь. Мне даже стало жаль ее. Никому не пожелала бы такого слепого чувства. Оно не сделает счастливой Диану.