Он же вынес приговор без моих оправданий, так к чему они сейчас? Узнает, что я чиста перед ним, и заново любить начнет? А куда денутся измены, злые слова, мучения, ночь, когда унизил и растоптал меня как женщину?

— Я мог многое тебе простить, Ярина, — принял мое молчание за согласие с обвинениями. — Все, кроме… кроме этой девочки… Твоей дочери… Этого никогда не прощу, — покачал головой с первобытной яростью в глазах."

"Я не уступала в этом.

— Я тоже никогда тебя не прощу, Святослав. Никогда! — он резко обхватил мою голову и притянул к себе. Это был самый злой, болезненный, отчаянный поцелуй.

Поцелуй двух людей, которые отравлены друг другом…

Водитель отвез меня домой. Со Святославом мы не виделись вплоть до вечера у губернатора. Я избегала его, а он… Его просто не было. Не возвращался домой. Единственный намек, что он все-таки здесь появился, когда в моей комнате оказался комод для драгоценностей: тот самый, который стоял в спальне. Я открыла его и обнаружила украшения, много. Здесь было целое состояние в драгметаллах и баснословно дорогих камнях. Когда-то я даже не задумывалась о том, сколько это стоит, принимала, как должное.

Сейчас все иначе. На эти деньги можно сделать много хорошего, но… Я не уверена, что имела моральное право продать их. Все это подарки, ни одной даже самой обычной цепочки я не купила сама. Сначала отец дарил, потом муж, мне просто это было не нужно. Сама тоже любила делать презенты: запонки, заколки для галстука, перстни. Для мужчин не такой уж большой выбор.

Я надела платье в пол молочного цвета, идеально подчеркивающее фигуру, винтажные локоны и нитка жемчуга в тон платью. Поцеловала Ульяну, оставляя снова с няней. Я чувствовала себя матерью-кукушкой.

Я ведь практически никогда не бросала дочь, а сейчас из-за пафосных приемов, которые мне лично вообще не интересны, вынуждена уходить на ночь. Нет, родители должны иметь передышку и личное пространство, но это точно не мой случай. Моей отдушиной, пока я здесь, будет музыкальная школа, а не эти ярмарки тщеславия. Думаю, я могла бы взять несколько часов в неделю.

Святослав, красивый и статный, ждал меня внизу. Он держал в руках пузатый бокал и не отводил от меня блестящего, подернутого коньячной дымкой взгляда.

— Готова к очной ставке, Ярина…

Глава 19

Глава 19

Ярина

Мы молча ехали в загородный клуб, в котором должны провести выходные.

Святослав, приложив пальцы к виску, напряженно думал о чем-то. Мы и десятка слов друг другу не сказали после ругани на Фонтанке. Когда приедем, снова придется играть счастливых супругов, только настроения совсем не было.

Я не знала, как встречусь с родителями. Что им говорить? Как реагировать? Два года не виделись, но сложно сказать, что они стали мне совсем чужими. Это мои папа и мама, какими бы они ни были.