– Почему с луной и звездочками?

– Не знаю. Просто Василиса, когда пекла торт, она добавляла в него звёздочки с неба.

– Какая Василиса?

– Премудрая! Ивану из сказки нужен был торт, а Василиса его пекла!

– Катюш, так там хлеб был! А звёздочки – это иносказание, чтобы украсить сказку.

– Ну и что! А у нас будет торт! – заявила дочь.

Спорить с ней бесполезно.

Катя уже спала, а я доделывала украшения. Взгляд упал на ночное небо, усыпанное звёздами. Может, и правда парочку добавить?"

"Так, кажется, кому-то пора спать, а то тоже в сказки верить начну! А там ещё, не дай бог, ковёр ткать придётся! Нет, уж! Торты я хотя бы печь умею!

– Ух ты! – меня разбудил возглас Кати.

Неужели я проспала? Мне же на работу! Странно, будильник еще не звенел.

– Катюш, ты чего так рано проснулась?

– Пить захотела, А почему Иван не забрал торт?

– Я потом сама отнесу, – ответила, зевая. Давно я по ночам не работала, уже отвыкла.

– Отнесёшь? – недоверчиво переспросила Катя.

– Ага.

Иван позвонил уже поздно, точнее, сначала написал, спрашивая, сплю ли я. Я не спала, ждала, пока остынет бисквит, чтобы его разрезать. Ивана выдернули на работу, и он занёс ключи от своей квартиры, попросил оставить торт, чтобы мог днём его забрать.

– А Рокси? – это было первое, что я спросила.

– Рокси не бойся! Только убери торт в холодильник, чтобы эта наглая морда его не попробовала. А то она себя хозяйкой чувствует, когда дома никого нет. Где хочет, спит, и что хочет, жрёт!

– Хорошо, поставлю в холодильник, – пообещала.

А вот сейчас задумалась, а будет ли всё так просто? Ведь в отличие от Кати я побаивалась грозную собаку, хотя сама видела, как она играет с моей дочерью.

– Катюш, не трогай ничего, пожалуйста! – попросила дочь. Торт в коробку я ещё не поставила.

– А можно я с тобой пойду?

– Можно, я Рокси боюсь.

Катя засмеялась.

– А я не боюсь! Она красивая!

Будильник я завела раньше, чтобы успеть поставить торт в коробку, занести его Ивану, отвести Катю в детский сад и успеть на работу.

Сегодня последний рабочий день перед новогодними каникулами. Слава богу, у Ирины Марковны хватило ума не открывать пекарню в самом начале года. Вот кому, скажите, пожалуйста, будут нужны её булки? Так что у нас с Катей будет целых пять дней, на празднование Нового года.

Двери в чужую квартиру открывала с замиранием сердца. И как бы Катя не рвалась вперёд, не пустила. Всё-таки там собака! И неизвестно, как она будет вести себя без хозяина.

Но в прихожей никто нас не встретил. Подала Кате коробку с тортом, пока снимала сапоги.

– Рокси, – тихо позвала, осторожно заглядывая в комнату.

Иван был прав: Рокси спала на диване, задрав к верху лапы. Поза «грозной» собаки вызвала смешок.

– Рокси! – позвала Катя.

Та тут же навострила уши и рванула к дочери.