– Сергей не любил, когда при нем начинали плакать, не терпел слез, потому что они приводили его в растерянное состояние, и сам никогда – во всяком случае, в юношестве – не плакал, но тут почувствовал, как его глаза увлажняются, и обнял Дмитрия:

– Я верну тебе все до копеечки. Если удастся выпутаться, позвоню и приглашу в гости. Приедете ко мне в Южноморск, и пойдем в самый дорогой ресторан.

Зеленые глаза Кати сузились, на губах мелькнула язвительная усмешка, но девушка промолчала.

– Что ж, я готов, – ответил Дмитрий и еще раз обнял нового друга. – Жду звонка с нетерпением.

– Заметано.

Дмитрий обнял и Риту, а Катя нехотя подала Сергею руку и процедила:

– Желаю успеха.

Рита и Ивашов подождали, пока микроавтобус тронется с места, и медленно пошли в гору. Девушка, как всегда, уверенно вела вперед.

– Еще до того, как мы лишились телефонов, я посмотрела весь путь, – сказала она, и Сергей подумал, что сейчас ближе и дороже Риты у него нет никого на свете. Удивительная все-таки штука – жизнь. Еще какую-то неделю назад он и не подозревал о ее существовании, и вот Рита – самый верный его друг, друг, который не бросил в беде и прошел с ним через многие испытания.

Он повернулся к ней и вдруг обнял и поцеловал. От удивления девушка отпрянула, покраснела и тихо спросила:

– Зачем ты это сделал? Я ни на что не претендую, пойми. Просто захотелось помочь тебе. Геокешеры своих не бросают.

– Рита, – начал он проникновенно, но оборвал себя: на грунтовой дороге, напротив коптящей, белой, с красными полосками, трубы, объяснение выглядело смешным и нелогичным, – я хотел сказать тебе «спасибо». Спасибо за все.

– Не за что. – Она медленно пошла по грунтовке, окаймленной выжженной солнцем травой. По всему было видно, что день опять будет жарким, но пока солнце путалось в розовых облаках, и Ивашов жадно дышал, набирая полные легкие бодрящего степного воздуха, напоенного медвяным запахом трав, вовсю наслаждался великолепным утром, стараясь позабыть о тех трудностях, которые недавно отравляли ему жизнь. Что было и что будет – черт с ним. Главное – сейчас, в эту минуту, все просто отлично."

"Среди запахов особенно выделялся запах полыни, а вот и она сама показалась на голых степных участках серебристыми кустиками. Чахлое деревце, наверное, дикую грушу с торчащими, как коровьи соски, острыми зелеными плодами оккупировали воробьи, весело чирикавшие вслед путешественникам. Впереди виднелись небольшие горы, покрытые травой и жидким кустарником. По сравнению с горами Старого Крыма они казались лысыми и безжизненными. Грунтовка становилась все хуже и хуже, вероятно, по ней ходили не так часто, как по тропе к храму Солнца. Они немного поднялись вверх и остановились у камня, ржавого от покрывавшего его мха.