Зачем ему туда? Дорофеевы — в батутном центре. С их матерью хочет поговорить? О чем?

Но забивать себе голову Пашиным сыском не стала. Будешь думать о постороннем, обед получится без души.

Синичкин явился через полтора часа, и стол был уже накрыт. Он с удовольствием оглядел канапе с красной икрой. Отбивную на подушке из трав. Маринованные грибочки с лучком и домашним майонезиком. Запотевшую водочную бутылку.

Пробормотал:

— Как мне этого не хватало!

Жевал, жаловался:

— В Индии тоже иногда готовят нормально, но всегда как под дулом: отравят или выживешь?

— Тебя травили?

— Многократно.

Но я применял авторский способ дезинфекции.

— Какой?

— Каждое утро полоскал горло вискарем.

Он с наслаждением запил водку минералкой, со знанием дела произнес:

— У нас даже вода вкусней.

Я смотрела на него — и умирала от счастья. Неописуемый восторг, когда голодный взгляд любимого мужчины сначала становится сытым, потом масляным — а далее жадно устремляется на твою собственную плоть!

Я быстренько (словно бы умоталась на кухне) переоделась в короткое, расстегнула верхнюю пуговку блузы.

Синичкин потянул меня из-за стола на диван.

И ровно в этот момент — разве бывает иначе, если вместе собираются частные сыщики? — у меня зазвонил мобильник.

По официальному аппарату я бы не ответила — в конце концов, суббота, законный выходной. Но игнорировать резервный номер было нельзя.

— Римуля? — услышала я веселый голос опера из Пскова Нурлана. — Спускайся. Я у подъезда.

— Где?! — вместо вопроса вышло странное сипение.

— У подъезда. На лавочке, — терпеливо повторил он. — Ты выйдешь или мне подняться?

— Нет-нет, — в ужасе пролепетала я. — Сейчас, подожди… Пять минут.

Пыталась прикрывать телефон рукой, отодвигаться от Паши — но детектив гораздо лучше, чем обыватель, чувствует фальшь. Плюс сидим рядом, а мембрана у аппарата сильная.

Закатывать сцен Синичкин не стал. Спросил почти равнодушно:

— Твой новый?

Меня бросило в краску — в первую очередь из-за его небрежного тона. Горячо выкрикнула в ответ:

— Не нужен мне никто новый! Это опер из Пскова. Он выезжал на труп Ольги, так и познакомились. Мы… мы с ним вообще ничего. Он мне инсайт сливал, чисто по дружбе…

— А сейчас он тут зачем? — благостный тон Паши неуклонно леденел.

 — Новый инсайт привез? Специально из Пскова? Под твои окна?!

— Я… я не знаю. Пашенька, — сложила руки в мольбе, — давай, я его пошлю просто?!

— Эх, Римма! — Синичкин снисходительно улыбнулся. — Пора бы усвоить: оперов, даже из Пскова, людям нашей профессии посылать может быть просто опасно. Так что иди. Развлекайся.

— Паша, — заволновалась я, — но ты ни в коем случае не уезжай! Посмотри телевизор пока, кофе себе свари! Я только узнаю, что ему нужно, и сразу вернусь.