— Спасибо, что о здоровье моем заботишься, — ухмыльнулся он и вышел из комнаты.

По коридору он добрался до лестницы. Спустился вниз. Замер в нерешительности посреди темного холла. Он не знал, куда ему идти.

В доме тихо, темно. Хозяйка уже в своей спальне. У нее бы спросить, где кухня. Но он не знал, где ее комната. Слишком большой дом, слишком много комнат.

Никита увидел дверь, ведущую из холла вправо. Может быть, через нее он и попадет на кухню?.."

"Он уже вышел из холла, когда со стороны входных дверей что-то щелкнуло. Никита остановился, затаился.

Двери открылись.

В холле вспыхнул свет. Никита осторожно выглянул из-за двери. Увидел двух крепких парней. В наглаженных брюках, кожаных пиджаках. На лицах наглые улыбки. Никита подумал, что это вернулся из загранкомандировки любовник Мари. Со своим другом. А как же иначе? Ведь эти парни чувствовали себя здесь не гостями — хозяевами.

— Блин, а где эта коза? Чего не встречает? — спросил один у другого.

— Совсем нюх потеряла, сучка…

— Ниччо, счас разберемся…

И они оба скрылись в дверях, которые, вероятно, вели в комнату к Мари.

* * *Как будто знала она, что они придут сегодня.

С ужасом ждала их прихода. Поэтому и набралась как следует. На пару с Лелькой. И сидела сейчас перед Матвеем никакая, еле языком ворочала. А ему это не нравилось.

— Водочку пьем? — грубо спросил он. Схватил ее за волосы, задрал голову, сверху вниз заглянул ей в глаза.

— Не хочешь на трезвую голову щеки оттопыривать?

С каким бы удовольствием Мари плюнула ему в лицо. Но нельзя. Матвей — парень здоровый. И жестокий. Он не будет с ней церемониться. Запросто врежет кулаком промеж глаз Кто-кто, а Мари хорошо знает, как это больно…

Это у нее сейчас есть роскошный дом и кругленькая сумма на банковском счете.

А раньше она была грязью из-под ногтей. В начале девяностых она приехала в Москву с Украины. И сразу стала Мари — дешевой уличной проституткой. Она умела танцевать. И это ей пригодилось. Ей помогли устроиться в стриптиз-бар. Тоже ничего хорошего. Бар так себе, не очень. Стодолларовые купюры под резинку трусиков не засовывали. Если двадцатку сунут — уже праздник. Но Мари быстро нашла способ раскручивать клиента на сотенные купюры. Приватный танец, а затем секс — все виды, кроме анального. Раз, два и готово — сто баксов в кармане. Половина себе, половина распорядителю. Так и жила.

А потом появился Жора. Она тогда вместе с Лелькой танцевала. Лелька потом ушла. А Жора остался. Предложение ей сделал, оформил брак по закону. Только недолго прожил он. К счастью… Уже целый год она вдова. Безутешная, разумеется. Утешить ее мог только Эдик. С ним она уже полгода. И счастлива как никогда.

Эдик — инженер. И не какой-нибудь. Он гений. Такое изобретает, что даже японцы ахают.