Он сунул руку под подушку. И тут же увидел, как у нее в руке появился пистолет.

— Замри! — остановила она его. Эдика как парализовало.

— Ты знаешь, стрелять я умею… Это он знал, как никто другой.

— Как ты сюда попала? — спросил он.

— Ждала у двери. Хорошо, что твоя шлюха вышла из дома одна. С ней было все просто. А если бы она шла с тобой, ты уже был бы сейчас трупом.

— Ты говоришь так, будто тебе меня совсем не жаль…

— А мне тебя не жаль. Ты уже труп…

— Зоя, ну нельзя же так. У нас с тобой было столько хорошего… Вспомни, как мы с тобой балдели…

— Что было, то прошло.

Ты дал команду убить меня, но мне удалось уйти. Теперь я приказала себе уничтожить тебя. Попробуй уйди…

— Зоя, не дури. Давай договоримся…

— Давай… Сто тысяч долларов. И мы расходимся как в море корабли…

Эдик облегченно вздохнул.

— Ну вот и хорошо… Только у меня нет здесь ста тысяч.

— А сколько есть?

— Сорок…

Он не врал. Как раз столько у него было спрятано в тайнике.

— Ну так чего ты сидишь. Давай доставай деньги. Я жду!

Он встал с кровати, направился к шифоньеру. Для этого нужно было пройти рядом с Зоей. Этого он и хотел.

— Даже и не думай! — Она мягко отступила на два шага назад.

Бестия, мысли читает.

— Да я ничего…

Он вскрыл тайник, достал шесть пачек зеленых. Протянул ей.

Зоя рассовала деньги по карманам, даже не взглянула на них.

— Жаль, — сказала она.

— Что жаль? — не понял он.

— Жаль убивать тебя…

— Э-э, ты это, постой. Мы же договорились…

— О чем? — Ее брови удивленно взметнулись вверх.

— Как это о чем! Ты что!.. Я тебе бабки даю, а ты мне жизнь…

— Ах да, — будто вспомнила она. И тут же ядовито заметила: — Только, Эдик, я просила сто тысяч…

Он хотел снова возмутиться.

Но Зоя нажала на курок. И тем самым лишила его последнего слова.

* * *Спортивный «Марголин» был послушен и верен ей как пес. Пули одна за одной ложились в «десятку».

Затем стреляли Ирка, Витка и Тонька. Такие же превосходные результаты. Про Анку и Любку говорить нечего — это мастера.

Только почему-то их инструктор остался недоволен. Всегда хвалил их, а тут вдруг кислую мину состроил.

— Я, конечно, понимаю, что все это вам нужно для интереса…

Митрич ошибался. Стрельба — это их хлеб. Только не спортивная, а боевая.

— Ну, для интереса, а что? — безмятежно посмотрела на него Зоя.

— Если бы вы тренировались для войны, я бы вам показал…

— Что бы ты показал?

Инструктор замер в нерешительности. А потом сорвался. Взял пистолет, зарядил. И вдруг вильнул в сторону. Выстрел. Кувырок через голову. Снова выстрел. Упал. Бах! Бах! Выпрыгнул высоко вверх. Два выстрела слились в один.

На этом он остановился.

— А теперь смотрите мишени… Четыре «десятки», две «девятки».

— Стрелять нужно уметь с любого положения! — гордо заявил он.

— Ух ты! — восхитилась Зоя.