Я как будто попала в обширный капкан мыслей о брате мужа и напрасно трепыхаюсь, пытаясь вырваться.

Но потом рядом с барной стойкой появился Лёша. Загородил собой Игоря, недвусмысленно обняв меня и заглянув в глаза.

— Я не хочу с тобой ссориться. И по таким причинам — тоже. Если станет легче, можешь сломать что-нибудь о мою голову, — улыбнулся Лёша.

— И потом наблюдать, как ты мучаешься от головной боли? Тебе не кажется, что две больные головы в одной паре — это уже слишком?

— Если они больные друг по другу, то это неплохо. Мир?

Лёша заказал мой любимый коктейль и вёл себя так, словно мы не муж и жена, пережившие много событий. Он держался, как милый, но настойчивый парень.

Лёша не напирал и позволил мне пойти танцевать, а потом присоединился ко мне. Он медленно начал прощупывать границы дозволенного. Случайно дотрагивался и мягко приманивал, снова приручая к себе понемногу.

— Что ты делаешь? — спросила я, когда его ладони, словно случайно передвинулись на попку. Всего на несколько секунд, но нажатие было многообещающее.

— Танцую с самой красивой девушкой, — ответил Лёша, блеснув глазами. Он заставил меня сделать оборот вокруг своего тела и прижался со спины. — И с самой желанной. Я тебя люблю очень сильно. Несмотря ни на что. Обижаю тебя, да? Не хочу. Правда, не хочу. Просто у нас всё немного сложнее, чем хотелось бы.

Муж начал целовать мою шею, едва касаясь губами.

— Ты такая красивая в этом платье.

Он нажал ладонью на живот, вдавливая меня в своё тело.

— Надо ещё подождать? — спросил он, выводя влажные спирали губами. — Я подожду. Просто надо отпустить…

Я развернулась к нему лицом, положив руки на плечи. В полутьме танцевального зала становилось легче реагировать на его слова.

Может быть, муж прав, и надо отпустить всё. Может быть, я чересчур сильно взвинчиваю себя.

Я погладил пальцами лицо мужа, сама потянулась губами за поцелуем. Он сразу впился в мои губы жадно и немного больно. Целовал резко и жадно, не давая отстраниться.

— Сладкая моя…

Мужские пальцы сильнее стиснулись на моей талии, обжигая даже через платье. Неожиданно наш поцелуй разорвал сильный толчок локтём кого-то из танцующих. Мы оторвались друг от друга, отдаляясь.

Внезапно я почувствовала, как сзади по плечам провели кончиками пальцев. До самых локтей и обратно.

— Не потанцуешь со мной? — послышался низкий, волнующий голос Демьяна.

— Нет."

"— Потанцуешь, — возразил он, толкая меня к своему брату и наступая на меня.

Лёша нахмурился и обернул руки вокруг моей талии защищающим жестом. Наклонился надо мной, снова даря отвязный и глубокий поцелуй.

За спиной был обжигающий лёд. Именно таким я чувствовала Демьяна.

Но он не собирался никуда уходить.