Но он едва стоял на ногах и почти ничего не соображал. Бывший муж был одет дорого и стильно, но выглядел помятым и затасканным. Пшеничные волосы в диком беспорядке  и светлая рубашка залита чем-то мокрым.

Мы с Демьяном наткнулись на него случайно. Кто знает, чем бы окончилась поездка в таком состоянии для Лёши.

— Карина, де-е-евочка моя, — улыбнулся Лёша, пытаясь придать своему телу вертикальное положение.

— Завались, она не твоя!

— И не твоя, да? Ничья она. Ни-чья. Кар-р-рина-а-а-а… — протянул Лёша.

Я первый раз видела его таким пьяным и почти безжизненным.

Лицо осунулось. Небрежная щетина впалых щеках по цвету напоминала комья присохшей грязи. Взгляд плыл из стороны в сторону, спотыкаясь на мелких деталях.

Лёша искал меня взглядом. Находил и пытался собраться, но ему это плохо удавалось."

"Подойдя ближе, я поняла, что он пил не только спиртное. Я видела у него такие глаза однажды — лихорадочно блестевшие, с расширенными зрачками.

— Лёш, ты же не только пил! — нахмурилась я.

— Демьян, не дай ему сесть за руль. Ни за что! — мой голос начал дрожать.

Беспокойство за Лёшу плотным кольцом сжалось вокруг сердца.

— Рин. Пожалуйста. Сядь в машину. Я отправлю его домой на такси — и дело с концом.

— Дай к-к-ключи. Я поеду. Оставлю вас вдвоём. Всегда только он, да? — спросил Лёша. — Ян-Ян, Я-я-ян. А на меня тебе плевать. Верни мне ключи, Дёма! Тебе же тоже плевать!

— Заткнись, Лёха, бесишь!

Демьян полез в карман за своим телефон.

— Ты бросишь его в таком состоянии? — нахмурилась я. — Бросишь своего брата?

— И что ты предлагаешь? — Демьян засунул телефон обратно, так и не вызвав такси.

— Судя по всему, для тебя, как всегда, бросить и сжечь будет проще, Демьян. Если так, то оставь меня. Я сама вызову для Лёши такси.

Демьян ругнулся под нос и обхватил брата одной рукой за плечо. Он намного массивнее и сильнее Лёши. Демьян повёл Лёшу в сторону своей машины, легко отбивая пьяные замахи кулаками младшего брата.

— Открой машину! — попросил Демьян и забросил Лёшу, словно мешок, на заднее сиденье.

Потом заблокировал все двери, чтобы Лёше не пришло в голову учудить что-то.

Радужное настроение улетучилось куда-то. С глубины души поднялся мутный осадок. Я не могла перекрыть его радостными тонами.

Лёша поначалу что-то говорил, смеясь и обрывая себя. Потом замолкал и почти засыпал, но пьяно чиркал головой по сиденью и вскидывался, борясь со сном.

Я беспокойно смотрела на бывшего мужа через зеркало заднего вида. Демьян хмуро бросил в мою сторону:

— Пересядь ты уже к нему! Может, успокоится…

Автомобиль притормозил. Я быстро перебралась на заднее сиденье, обняв Лёшу за плечи.

Он потянулся ко мне — пальцами, губами, всем телом.

— Лёха, руки, сука, убери! — рыкнул Демьян.

— Ян, перестань.