Тобиас двигался с почти чувственной грацией, однако в его походке была твердость и уверенность, как будто он заранее спланировал свой путь и знал, куда сейчас поставит ногу. От него не ускользало ничего из происходящего вокруг. Ей не терпелось поговорить с ним, узнать, не раздобыл ли он новостей о Джейн, хотелось поскорее увидеть его самого.

Ровена вышла на террасу. Свет был за ее спиной, так что сквозь тонкое одеяние можно было разглядеть очертания ее тела.

– Тобиас?

Лишь услышав ее такой знакомый голос, прорезавший тишину ночи, и почувствовав, как при виде ее у него сразу потеплело на сердце, Тобиас осознал, как сильно он скучал по ней – а ведь прошло всего сорок восемь часов с тех пор, как они расстались.

Ровена бесшумно шла к нему – на ней были мягкие туфли, а ее платье развевалось при каждом движении, от чего открывались ее прекрасные формы и стройная фигура. Он восхищенно оглядел ее наряд, задержавшись на золотых украшениях с драгоценными камнями на ее руках и шее, и Ровена смутилась.

– Боже милосердный! – Привычная ленивая улыбка появилась на его губах, пока он обозревал неземное создание, которое, казалось, спустилось к нему прямо с небес.

Перед ним стояла прекрасная молодая девушка с блестящими темными кудрями, в которых словно запутался свет звезд.

Ее присутствие будто бы обволакивало его теплом, притягивало, и его голубые глаза потемнели. Ровена прочитала на его лице такую огненную вспышку желания, что ее бросило в жар.

– Да, Тобиас? Что такое?

Она подошла еще ближе, и, несмотря на тусклый свет, он увидел, что ее прелестное лицо спокойно и умиротворенно, как никогда раньше.

– Что такого было в том вине, которым только что угощала меня Фатима? Какое-нибудь снадобье, заставляющее кровь вскипать?

– Это вино в самом деле заставило вашу кровь вскипеть?

– Во всяком случае, оно очевидно на меня подействовало.

 – Тобиас взял руку Ровены, поднес к губам и поцеловал кончики пальцев, наслаждаясь ее запахом и вкусом ее кожи. Его глаза блеснули в темноте. – Вы выглядите точно какая-то восточная нимфа.

– Я уже начала думать, что вы никогда не придете.

– Означает ли это, что вы скучали по мне, Ровена? Знаете, ничто не может быть важнее, чем видеть вас, – прямо ответил он, и Ровена поняла, что он сказал правду.

Возможно, дело было в волшебстве теплой ночи, или в пьянящем аромате цветов, или в ее непонятном стремлении быть с ним рядом, но, что бы ни послужило этому причиной, сердце Ровены забилось вдвое быстрее.

– Вы прекрасны, – бархатным голосом произнес он. – Куда же, интересно, подевался мой личный юнга?

Как заколдованная, Ровена смотрела в его бездонные глаза, а его глубокий, мягкий голос как будто ласкал ее, увлекая все дальше, завораживая все больше.