Приготовленный для нас уже подсвечивали цветные светлячки. Как только Мейсон помог мне присесть, сотрудники парка тут же поставили перед нами по три шарика мороженого в креманках и оставили нас условно наедине.

– Вкусно? – поинтересовался жених, как только я проглотила первую ложку.

– Неплохо, – игриво ответила я.

– Но не впечатлило? – тут же раскусил меня Мейсон.

– Я предпочитаю щербеты. Причём без молока, – созналась я, и по глазам поняла, что он запомнил.

– А что ещё нравится?

И я, чувствуя себя немного бесстыдно, решила не скрывать. Мне казалось, что я словно выпрашиваю специально разные вкусности, но, с другой, стороны я понимала, что Мейсон готов дать мне намного больше в попытках добиться моей благосклонности.

Мы разговорились сначала о еде, потом о разных странах. Жених мой тоже не так много путешествовал, но в империю стекалось много занятных иностранцев. Не сразу я поняла, что мороженого уже давно нет, а мы всё разговариваем, увлечённые друг другом. Осознала только в тот момент, когда Мейсон внезапно попросил:

– Замри на минутку.

Я действительно замерла, а жених, достал платок, потянулся ко мне и осторожно, словно боясь сделать неприятно резким движением, протёр место у меня над верхней губой.

Я сидела в странном напряжении, чувствуя его пальцы через ткань. Второй раз он меня так ловил! А я второй раз по-глупому велась. Вернуться к прежнему игривому настроению я не смогла, даже когда Мейсон убрал руку.

Впрочем, его это более чем устроило. Я заметила, как уголки его рта дрогнули в довольной улыбке.

– Пойдём опробуем оставшиеся аттракционы? – предложил он, вставая и галантно протягивая руку.

– Давай, – согласилась я.

И вроде бы всё было как обычно, но что-то между нами невозвратно менялось.

Возможно, в наших отношениях. А возможно я сама. Мейсон оказывался всё ближе ко мне, и я переставала этому противиться.

Гигантские ракушки, вальсирующие по кругу, а так же карусель, на которой мы взлетали над землёй, мне, конечно, понравилась, но запомнилась больше тем, как мы прижимались с Мейсоном друг к другу. Зато вот гигантское колесо, что поднимало нас над столицей, привело меня в полный восторг.

Огромная величественная Инития светилась ночными огнями до самых окраин. Поблёскивали столичные речки, тёмным ворохом листвы шумели летние деревья.

Первые четыре круга я даже говорить ни о чём не хотела – пересаживалась с места на место, рассматривая город с разных сторон. На пятый Мейсон, заметив, что я немного отвлеклась, всё же спросил:

– Красивый город, правда?"

"– Да, – подтвердила я и решила вежливо поддержать беседу. – Но дело не только в самом облике города. Мне в принципе здесь нравится. Здесь более прогрессивное общество, не застрявшее в традициях. Много нового, чего не найдёшь в других местах.