Все приходят на эту гонку с одной целью – увидеть, как эти двое станут изводить друг друга.

Оба мотоцикла занесло. Из-под колес полетели глина и песок, но Марсу удалось выровняться. Лил взвизгнула от восторга. Гонка продолжилась. Это был первый раз, когда мне удалось увидеть собственного мужа «в деле», и надо было признать: слухи о его безбашенности оказались вовсе не слухами.

Я провела ладонями по предплечьям, чтобы прогнать мурашки – этих крошечных предателей, выдающих меня с головой. И если раньше я верила, что они – предвестники беды, раздражения, поднимающегося в его присутствии, словно шерсть у кошки, то на сей раз это было что-то иное.

Будоражащее и не поддающееся объяснению.

Мотоцикл Бланжа снова задел передним колесом корпус мотоцикла Марса.

– Господи, надеюсь, они там хоть не подерутся?

– Не, – Лил отмахнулась. – Раньше до этого не доходило.

Но чем дольше я смотрела, тем сильнее мне начинало казаться, что в этот раз дойдет.

Они держались настолько близко, что, казалось, еще один поворот – и точно на всей скорости вылетят с трассы. Но профессионализм – вещь, которую не отнять.

На последнем круге Реми резко выпрыгнул вперед и подрезал Марса. Мотоцикл того повело, и он, развернувшись в воздухе, свалился на бок. Марс кубарем покатился в сторону.

– А вот это было опасно, – цокнула Лил языком, а я лишь сильнее сжала кулаки, надеясь, что все скоро закончится.

Бланж не пришел первым. Марс тоже: пока он поднимался, его обогнала половина колонны. Гонку выиграл Дэм. Но я ясно понимала: Беланже не интересовала победа, он хотел поквитаться. И сделать это мог лишь одним способом – публично выставив Марса на смех.

Каждый получил от этого заезда все, что хотел. Организаторы – шоу. Толпа —зрелища. А Бланж – отмщения. Стянув шлем, он теперь стоял рядом со своим черно-красным монстром и смеялся. Вокруг тут же собралось целое море людей. Щелкали затворы, стрекотали камеры, простые зеваки толкались рядом.

– Идем. – Лил снова потянула меня вниз, туда, где к этому времени собрались и участники, и зрители.

Лафлауэра награждали. Он поднял вверх кубок, а потом принялся активно поливать собравшихся шампанским. Бланж взял бронзу, так что ему тоже вручили кубок, поменьше; впрочем, он его совсем не интересовал: спрыгнув со сцены, Реми всучил свой трофей Касу и растворился среди толпы.

Настроение у него явно улучшилось.

– Ты сумасшедший! – взвизгнула какая-то девица и кинулась его обнимать.

Меня словно кто-то полоснул тупым ножом по внутренним органам. Впрочем, Бланж тоже отстранился. А потом я повернулась и увидела Марса, идущего прямиком к Реми. От злости он, казалось, готов был его убить.

– Стой, – окликнул его кто-то из команды. – Эй, выдохни, Марсель.