– Где тетя Тея? – спросила Мэдлин.

Логан поднял голову. Мэдди была в своем неизменном сером платье. Он понимал, что в этом наряде Мэдлин не может выглядеть лучше, чем в том, что было на ней пару минут назад, но отчего-то она казалась ему еще красивее, чем прежде. Наверное, все потому, что с этим ее сереньким платьем он уже был знаком. И в нем Мэдди была ему ближе, роднее.

– Тетя Тея решила прогуляться до аптеки.

– Аптекаря можно поздравить с удачным днем, – недовольно поморщившись, заключила Мэдди. – А мне нужны новые перчатки. Вы не будете против, если мы заглянем в галантерейную лавку? Насколько я помню, она буквально в двух шагах отсюда, на другой стороне улицы.

Логан и Мэдди вместе вышли из магазина. За то время, пока Мэдди выбирала платье, народа на улице значительно прибавилось. Из-за обычной в базарный день толчеи идти вдвоем под руку было невозможно. Логану пришлось выпустить ее руку. Он шагнул на мостовую, уверенный в том, что Мэдди идет следом. Сделал шаг, другой, оглянулся и… не увидел Мэдди.

В испуге Логан окликнул ее, но ему никто не ответил.

И тогда он увидел ее.

Мэдди неподвижно стояла посреди дороги. Она была бледна, и ее била мелкая дрожь. Транспортный поток огибал ее, словно река остров. И, если Мэдди не очнется, ей несдобровать. Ее задавят или затопчут.

Логан, расталкивая локтями народ, бросился к Мэдди.

– Что с тобой? – Логан тряс ее за руку, заглядывал в глаза.

Мэдди его не слышала. Отсутствующий взгляд ее был устремлен вдаль, и ее все так же трясло.

Логан хотел было поднять ее на руки и понести, но решил не привлекать к ним лишнего внимания и потому ограничился тем, что, обняв ее за плечи, повел с проезжей части на пешеходную, где безопаснее.

Увидев вывеску чайной, Логан хотел было зайти с ней туда, но, взглянув через витринное стекло, он не увидел ни одного свободного столика. И тогда Логан не нашел ничего лучше, чем повести ее к церкви. Странный выбор для человека, который забыл, когда последний раз молился. В церкви было тихо, пусто и полутемно – как раз то, что сейчас было необходимо Мэдлин.

Логан усадил Мэдди на скамью, сел рядом и, приобняв ее, стал гладить по спине, стараясь успокоить точно таким же способом, каким пыталась его успокоить она этой ночью.

И у него получилось. Через несколько минут Мэдди уже пришла в себя настолько, что смогла говорить.

– Я не смогу поехать на бал, – сказала она дрожащим голосом. – Я знаю, мы договорились, но вы сами видите: я не могу даже по улице пройти, не опозорившись.

– Спокойнее, сердце мое. Я с тобой. Все уже закончилось.

– Это никогда не кончится. – Мэдди достала носовой платок. – Я надеялась, что смогу преодолеть этот страх, но он все еще со мной.