— Я уже и так это поняла. Он… Король в курсе, что Ларсон тебя отпустил?

— Конечно, нет, — его голос стал грубее, в глазах сверкнула ярость. — Он бы скорее умер, чем позволил это сделать.

Я опустила взгляд, стараясь скрыть дрожь в руках. Гордость драконов, их сила — всё это было впечатляющим, но одновременно ужасным. Каждый из них готов был умереть ради своей правды, и это пугало меня. Я боялась, что однажды это коснется и моей жизни тоже.

Хотя, нет. Больше всего я боялась того, что Дормор слетит с катушек после пыток его отца.

— Снимай рубашку, — резко сказала я, чтобы отвлечься от мыслей. — Я обработаю раны.

Он послушался, хотя это далось ему с трудом. Еще и окинул меня таким взглядом, как будто я его полностью раздеться заставляла. Когда ткань упала на пол, смогла увидеть, насколько дракон был изранен. На его спине и груди были ожоги, порезы, а кожа местами выглядела так, будто ей не позволяли регенерировать. И все на местах, где раньше была магическая татуировка. Моё дыхание перехватило.

— Отец снова хотел использовать магическую печать, — сказал он, заметив мою реакцию. — Не думал, что королевские маги так продвинулись в своем мастерстве.

— Проклятые ублюдки, — пробормотала я, сосредоточившись, чтобы не выдавать своего гнева. Я начала осторожно обрабатывать его раны, бережно прикасаясь к его обожжённой коже. Внутри меня был только гнев, который разгорался быстрее, чем я могла с ним справиться. — Почему ты не сопротивлялся?

— Сопротивлялся, — сухо ответил Дормор. — Но… все пошло не так, как я задумывал.

Его слова заставили меня замолчать. Я сосредоточилась на обработке ран, чувствуя, как внутри растёт гнев. Это было неправильно. Всё это было чудовищно несправедливым.

Разве так отец должен обращаться с сыном? Пусть и нелюбимым.

Когда я закончила, он поднял на меня взгляд.

— Ты сделала всё, что могла, ведьма, — сказал он, его голос звучал мягче, чем обычно. — Спасибо.

Я не знала, что ответить. Вместо этого просто кивнула."

"— Ты должен остановиться. Исчезнуть из Литерии, — проговорила наконец то, что не давало мне покоя.

— Нет.

Ответ прозвучал так резко, что я невольно вернулась. Его голос был низким, даже с хрипотцой, но в нем звучала та непоколебимая уверенность, которая выводила меня из себя с самого первого дня нашей встречи.

— Нет? — я уставилась на него, не веря своим ушам. — Дормор, ты упрямая ящерица! Я говорила с Гвен. Она считает тебя чудовищем и готова стопы короля целовать за, что он тебя пленил, ты это понимаешь? Тебе никогда не добиться ее любви.

— Я знаю, — спокойно ответил дракон, но его голос будто грохнул, как гром в ночи.

— И? — выкрикнула я, нервно сжимая опустевший мешочек с целительным порошком.