— И что ты здесь… — не закончила я, вспомнив ещё кое о чем. — Но сюда же приходила Гвен. Она тебя видела?

Теперь пришел черед Дормора усмехаться. Ну да, если бы она увидела, то обязательно об этом бы разболтала при встрече. Да и в целом охоты бродить по ночам в одиночестве у нее поубавилась бы.

— Я не настолько глуп, чтобы раскрывать ей своё инкогнито. Да и она не особо тщательно искала тебя. Испугалась побоища, что учинили внизу, и быстро умчалась прочь. Лишь после ее ухода мне удалось заняться дверью.

— Значит, ты видел её и ничего не предпринял? — удивилась я.

— В моих планах обзавестись любящей женой, а не перепуганной ланью, — мрачно проговорил он.

Кивнула. Да, с Гвен подобное не прокатит.

— Так и ты теперь намерен делать? Будешь и дальше прятаться у меня в лавке, распугивая клиенток своими внезапными порывами страсти?

Боги, ну, вот за что мне выдали способность к сарказму и хорошую память? Та сцена, где Дормор полез ко мне с поцелуем до сих пор никак не выходила из головы. А та, когда я совершила ответное действие, и вовсе бесила до черных пятен перед глазами.

И если свое поведение я хоть как-то могла оправдать влиянием спиртного или игрой разума, то его…

Впрочем, чего ещё ожидать от злодея?

«Жаркого секса», — подсказал ехидно внутренний голос.

Раздраженно мотнула головой. Видать нехило меня так король вчера в темнице магией приложил, раз мне всякие глупости на ум приходят.

Дормор же, будто отзеркалил мое собственное настроение, помрачнел ещё больше. Его лицо стало каменным — словно мужчина задумался о чем-то важном и тяжелом.

— Тебя это не касается, — подытожил он резким голосом.

А я поставила мысленную галочку. Тот Дормор, которого я знала по сюжету книги, спрашивать моего разрешения на что-либо не стал бы.

Только мне-то теперь как быть?

24

Впрочем, довольно быстро вопрос рассосался сам по себе. Дормор, видать, насытившись моей компанией в полной мере, вскоре покинул мою лавку, не соблазнившись предложением выпить травяного чая и отведать лично мною приготовленного завтрака. Я заметила, как он на мгновение остановился у выхода, словно задумался, но затем лишь покачал головой и молча вышел, оставив за собой легкий аромат хвои и свежести.

Скорее всего следовал древнему негласному правилу, гласящему, что из рук вообще что-то брать — все равно, что рыть себе яму.

Не могла не позлорадствовать на эту тему. Травить чешуйчатого гада я, разумеется, не собиралась, однако его смешному уходу только порадовалась. Что угодно, лишь бы не чувствовать эту дурацкую неловкость в его компании. В конце концов, он был не только черным драконом, но и довольно сложным мужиком с собственными тараканами в голове.