Безумство ставить на кон свое будущее и отказываться от свободы.

Должен же быть выход, и он найдет его.

— Я вызову скорую.

— Нет. — Дед взял Рауля за руку. Рука дрожала, но голос прозвучал отчетливо. — Нет, никаких больниц. Сейчас пройдет. — Рука крепче сжала руку внука. — Я не могу заставить тебя сделать это… Джейми назвал бы меня эгоистичным старым…

— Джейми тебя любил, — оборвал его Рауль.

— Твой брат любил жизнь.

Рауль кивнул и притворился, что не заметил слез на щеках деда.

— Ты не сказал ничего такого, о чем я сам не думал, — соврал Рауль, и на землистом лице деда появилось что-то похожее на благодарность.

— Да?

— Я не становлюсь моложе.

— И ты хочешь завести семью?

Рауль помнил время, когда он этого хотел.

— Это естественное желание.

Любые желания, которые у него были, не пережили короткого брака с Люси. Люси обладала способностью и умением причинять боль, наказать за пренебрежение и оскорбления, нанесенные ей. И в этом ничто ее не могло остановить. Прошел целый год, прежде чем в один из приступов ярости она рассказала об аборте, который сделала в первые месяцы их брака.

— Ты что думаешь, я превращусь в жирную уродину, лишь бы родить тебе ребенка? — кричала она."

"Из глубины памяти возникло красивое лицо, исказившееся от злобы и ненависти. От этой картины ему удавалось хоть на время избавиться в постелях страстных женщин, готовых доставить ему наслаждение. Но, наверное, к лучшему, что этот образ его не оставляет: меньше риска потерять голову… и сердце. А вот этот орган хорошо бы заточить в стальную броню, которую ни одна женщина на свете не могла бы пробить.

— Ты уверен, что не следует?..

— Карло… — смахнув ладонью капельки пота на верхней губе, Серджо кивнул на закрытую дверь, — знает, что делать. — Глаза деда искали глаза Рауля. — Ты… знаешь, — хрипло продолжал он, — несмотря ни на что, ты и твой брат придали моей жизни значение, наполнили смыслом, чего без вас у меня не было бы. — Глаза затуманились, и он покачал головой. — Я был плохим отцом.

Рауль посмотрел в глаза человека, который с трудом признался в теплых чувствах, но всегда был рядом с внуками. У Рауля сдавило горло. Ложь — это такая малость, чтобы вернуть долг старику. Он никогда не женится, не полюбит, но какой вред, если он даст деду надежду?

— Выходит, что я должен учиться на твоих ошибках?

— Уверен, что ты наделаешь собственные. — На лице с глубокими морщинами появилось задумчивое выражение. — У тебя кто-то есть?

Рауль заставил себя рассмеяться. Темные брови полезли на лоб.

— Ты об этом узнаешь первым — обещаю.

— Ты, вероятно, не нуждаешься в моем совете, но тем не менее я тебе его дам. Не суди исключительно по внешности.