Лара подумала об ангельской блондинке. Чье лицо увидит Рауль, когда она пойдет с ним к алтарю: ее или покойной жены?

От этих мыслей Лара сделалась белее платья.

И тут Лили, наклонившись к ней, тихо сказала:

— Еще не поздно уйти прямо сейчас, если хочешь.

Лара стиснула ей руку. Жаль, что нельзя сказать сестре правду. Но поймет ли Лили?

— Лил, все нормально. — И повернулась к матери: — Ты готова вести свою дочь к алтарю? — Рука потянулась к ожерелью из старинных изумрудов — подарку Серджо.

После церемонии ожерелье будет надежно спрятано в семейный сейф, где хранятся и другие фамильные драгоценности Ди Витторио.

Как тут не волноваться, когда у тебя вокруг шеи национальный бюджет небольшой страны? Но немыслимо было отказаться от подношения Серджо.

Она спросила у него, не поведет ли он ее к алтарю вместе с матерью, и он с явным удовольствием согласился. И тут только до нее дошло, что не стоило этого делать. За неделю, проведенную здесь, она успела узнать, что выдавались дни, когда было трудно поверить, что Серджо серьезно болен. Но бывали и тяжелые дни.

Часовня находилась в противоположной части палаццо, в конце длинных коридоров, которые сегодня были уставлены хрустальными вазами с цветами — их было столько, что запах повис в воздухе.

Лара ощущала присутствие строгих фигур в темных костюмах, когда шла по коридорам. Она улыбалась слугам, подглядывающим из-за дверей или из-за угла.

Соглашаясь на план Рауля, она не ожидала такой пышной церемонии. Она-то думала, что они скромно распишутся в мэрии. Но на самом деле все это не важно и ничего уже не исправить. Не исправить того факта, что она даст священные обеты, в которые не верит.

Серджо ждал ее у часовни.

— Моему внуку повезло, — улыбнулся он.

Чувство вины охватило Лару.

— Спасибо. — Она положила ладонь ему на руку, створки обитых железом дверей раскрылись, и Лара очутилась перед множеством лиц. За спиной послышалось восклицание сестры:

— Голливуд и ООН отдыхают! О боже, Лара! Здесь королевские особы!..

— Знаю, — процедила сквозь зубы Лара.

Но ее волновали не королевские особы, а невидимое присутствие первой жены Рауля. Сколько из приглашенных сегодня были свидетелями того, как Рауль давал обеты с Люси?

Лара заставила себя встряхнуться.

Не важно, что здесь есть те, кто сравнивает ее — и сравнивает не в ее пользу — с белокурым ангелом. Важно другое: пройти через эту процедуру так, чтобы ее не изгнали отсюда, как выскочку и мошенницу.

Когда она пошла вдоль прохода, внешне спокойная, а внутри трепещущая от страха, то поняла, что сегодняшний день — один из трудных дней у Серджо. Лара чувствовала, как дрожь прокатилась у него по телу, и пальцы с такой силой вонзились ей в руку, что она от боли закусила губу.