И куда эмоционально-нестабильней чем считала, но пошла на поводу тайфуна чувств, которые во мне вызывал этот мужчина своими простыми и такими глубокими признаниями:

— Кирсанов Роман Игоревич, — решила ему ответить тем же. Наплевав на толпу, веселье и важные дела, обвила его за шею, глядя в самые потрясающие глаза на свете и выдохнула с чувством, которое меня переполняло: — Я буду вашей невестой, сколько скажете. Я даже готова ради вас на мелкие преступления. И не мечтайте. Я вас не предам! Слышите. Никогда, — пристально смотрела глаза в глаза, требуя внимания. Требуя к себе веры: — Я НЕ ПРЕДАМ!

— Хорошо, — чмокнул меня Рома, едва коснувшись щеки: — Ты в этом платье непростительно совершенна, — пробормотал с кривой усмешкой и тем самым взглядом, подёрнутым желанием. — Когда спускалась по лестнице я от ревности зубами скрежетал и чуть стакан не съел… Все мужики на тебя таращились. И я понял, что… — запнулся, а я от трепета с дыханием не справлялась. Сердечко опять неистовствовало в груди и я потребовала:

— Что?

Кирсанов как бы невзначай по моей спине ладонью провёл, вроде придержал, а может приобнял, но в следующий миг обрушил её на ягодицу и сжал до приятной боли:

— Что, пожалуй, порву его на куски… но сдирать буду с тебя, — шепнул на ухо, едва не лишая меня чувств. — И губы твои… — глянул на меня откровенно, — непременно с красной помадой. И я их трахну…

Блин! Я стала в цвет своего\не своего платья и цвета чертовых губ, которые с таким голодом рассматривал Рома.

— О, да, — усмехнулся Кирсанов, радуясь произведённому эффекту и спасся глотком шампанского, а то голос звучал хрипло и волнующе интимно. — Ты даже не представляешь, какие рождаешь у меня извращённые фантазии, — словно избгая меня, мазнул глазами по полному залу и тотчас помрачнел:

— Я оставлю тебя ненадолго.

— К-конечно, — еле справилась с голосом и не в силах так быстро перестраиваться с темы на тему, как он. Кивнула, несколько затянутых секунд провожая взглядом спину Ромы. Постояла тоскливо, взяла очередной бокал с игристым…

— Это что за херня?

Вот кого не ожидала — Ангелины!

Как он посмел тебя бросить одну? — негодовала искренне.

— Дела, — пожала я плечами.

— Я тоже одна, — кисло призналась бывшая Кирсанова. Слово за слово, мы с ней опять раздухарились, но в этот раз коктейли брали, не настолько гремучие и еб*чие. Так, чтобы скучалось веселее и болталось непринуждённей.

Когда к нам начали подкатывать разнокалиберные мужчины и мужчинки, я похихикивала, слушая, как красноречива в отшивании Ангелина.

— А мы не должны быть гостеприимнее? — уточнила после “отбритой” партии двух поляков, явно из делегации Понятовского.

— Ага, ещё может ублажать каждого? — фыркнула Ангелина.