Зачем это мне?

В салоне нет музыки. Тишина разбавляется только нашим дыханием. Но постепенно, глоток за глотком, напряжение сбрасывает свои колючие градусы, перестает давить мне на плечи.

Может быть, потому, что Тимур, как и я, сосредоточенно смотрит в окно.

Глава 32. Анита, настоящее

Я стучу пальцами по рулю и без особой надежды смотрю на длинный ряд машин сбоку и перед собой.

Хочется свободы, ветра, я задыхаюсь, чувствую себя запертой среди чужой груды металла, которая неохотно шевелится с разных сторон от моей яркой Мазды. Металлическое серебро нависает и сверху, готовясь пролиться дождем.

Перед глазами в который раз возникает картинка – два пустых картонных стаканчика, стойкий аромат кофе в салоне и вопрос Тимура:

– Как ты?

Два слова, в которых скрыто куда больше, чем кажется. И на которые я честно отвечаю:

– Пока хорошо.

После. Накроет после.

Я думала, это случится, едва я выйду из машины Тимура, но нет. Я спокойно поднимаюсь в офис, беру задание у Елисея Вадимовича, натягиваю беззаботную улыбку, встретив в коридоре секретаршу Тимура.

Так же спокойно сажусь в свою Мазду и тянусь в пробке, понимая, что идея выехать за город сегодня не воплотится.

Пока готовлю ужин, усаживаюсь на кухне с ноутбуком и копаюсь в юридических нюансах.

Часа через два домой приезжает и Макс. Я думала, что у меня будут потеть ладони и бегать глаза и я сразу же выдам себя. Но ничего этого нет. Внутри по-прежнему штиль.

– Я заезжал в главный офис, – говорит Макс, заходя на кухню, – но мне сказали, что ты давно уехала.

– Если бы ты мне позвонил, я бы сказала тебе то же самое. Только еще бы и уточнила куда.

Усмехнувшись, задерживает взгляд на моем ноутбуке, и я торопливо убираю его на подоконник.

Накрываю на стол, пока Макс переодевается. Прежде чем сесть, он достает коньяк. Мне предлагает вино, но я киваю в сторону подоконника.

– У матери в субботу день рождения, – напоминает Макс. – Нужно что-то придумать с подарком.

Я бы предложила купить ей часы – судя по ее подаркам, она питает к ним слабость. Или оплатить ей курс омолаживающих процедур – чтобы подарок был с таким же откровенным намеком, как у нее. Если бы она не была матерью мужчины, который мне дорог.

– Придумаем, – обещаю.

Интересно, если бы свекровь узнала, что подарки все эти годы выбираю ей я, хвалилась бы она ими перед гостями? Угодить ей, к счастью, несложно – старинная ваза, драгоценная антикварная брошь, картина известного художника, которую не стыдно повесить в гостиной.

Будь у меня такой талантливый сын, я бы украсила все стены только его картинами. А для нее это блажь.

Самое печальное, ей удалось убедить в этом и Макса. Если бы он посвятил себя тому, что ему действительно дорого, сейчас все могло быть иначе…

Откидываю от себя эту мысль.