И всех, кто сделает тебе плохо, покарает его меч! А когда я вырасту, я сам буду карать всех, кто посмеет отнестись к тебе с неуважением!

Мне хочется заорать: остановись! Что ты делаешь, сынок⁈ Ты же для нее всего лишь средство! Она спокойно говорила о том, что тебя убьют, пока на горизонте не замаячила безграничная власть! Ты этой женщине безразличен, Сашка! Это всего лишь спектакль!

Но как я скажу сыну правду? Разумеется, когда-нибудь скажу, но он еще ребенок! Его учат уважать старших и больше всего на свете почитать свою матушку! Ту женщину, которая дала ему жизнь! А ею считается Чун Мин!

И если я сейчас разделаюсь с лицемеркой, сын меня возненавидит!

— Здесь твоя бабушка, Сан Тан, — говорит меж тем злодейка с нахальной улыбочкой. — Поздоровайся с ней.

Сын отвешивает мне почтительный поклон:

— Приветствую старшую маму.

Это я попросила называть меня так. Для всех принцев и принцессы, живущих в Куньнингуне, я — старшая мама. Никаких бабушек! Впоследствии мы вообще обойдемся без слова старшая. Просто мама.

— Иди, Сан Тан, тебя, должно быть, ждут учителя. Пора заниматься.

— Да, старшая мама.

Сын уходит, и мы с Чун Ми остается лицом к лицу. Вдвоем. Нам предстоит выяснить отношения.

— Ловко ты все это провернулся, — усмехаюсь я. — Даже моего сына переманила на свою сторону.

— Это мой сын, разве вы забыли?

— А почему ты больше не говоришь госпожа?

— Потому что госпожа теперь я! По титулам мы с вами сравнялись. Теперь и вы, и я — ваши императорские высочества. Но первым стоит тот, в чьих руках власть. Вы сами меня так учили. А у вас больше никого не осталось. Император вас терпеть не может, вы всегда относились к нему с презрением. И называли дураком.

— Когда и где?

— Да все это знают. Как вы его высмеиваете. Он вас не примет, если попытаетесь подлизаться. Теперь главный евнух Фуй Шуй. А у него приказ: никого к императору не допускать без дозволения императрицы.

С трудом припоминаю: а кто это, Фуй Шуй? Он не из моих людей, из окружения Чун Ми, которое всегда мне представлялось сборищем имбецилов. Прилипал, наушников и мздоимцев. Один из которых теперь главный евнух!"

"— Своей сестре ты, понятно, напела, что я ваш враг.

— А разве нет?

— Что ж, поторгуемся. Ты ведь прекрасно понимаешь, Чун Ми, что мало заполучить власть, надо ее еще удержать. Ни ты, ни твои братья не умеют управлять империей. Они так и остались мелкими чиновниками, в своих мелких душонках.

— Не смейте оскорблять моих родственников! Не то поплатитесь! Справимся как-нибудь, — но голос у нее не слишком-то уверенный.

— Есть еще Лин Ван, его армия. Да, он больше не военный министр, но вы, Чуны, сильно рискуете. Ни один из вас, ни разу не военный.