Я не стала поправлять бабулю, сосредоточившись на поедании пирожков.

— А почему Конфуций? — спросила я с набитым ртом.

— А я откуда знаю? Это у Нинки дочка китайский учит, так у них всё теперь по китайскому… этому самому… мен-фую.

— По фен-шую? — спросила я.

— Ага, да. По нему. И грядки все перелопатила. Лук, говорит, должен смотреть прямо на помидоры и видеть капусту слева… Ой, нехристь-то какая, тьфу!.. Вот и поросёнка они тоже назвали по-китайски.

Я посмеялась над странными соседями любимой бабули, спросив:

— За поросёнком мужик какой-то гонялся…

— А… Этот… Родственник какой-то… Двоюродный брат, что ли. Так он его, наверное, и упустил. Ох уж эти городские неумехи!..

— Ба-а-а… — возмутилась я.

— Да я же не про тебя говорю!.. Ты у меня умница, красавица… Окончила свой техникум?

— Колледж, бабуся…

— Да какая разница, — махнула рукой бабуля. — Всё одно…

Я только окончила колледж и приехала к бабуле на две недели. Мама просила помочь бабуле по хозяйству. «Отдохнёшь заодно от городской суеты, загоришь!» — сказала мама и беспрекословно отправила меня за дверь. В принципе, я не сильно расстроилась. У бабули я любила бывать, жаль только, что в деревне не было никакой связи. Но бабуля, я была уверена, загрузит меня работой так, что не до интернета будет…"

"Соседского Ника мне было немного жалко. Кажется, я зря кинула в него куском мыла, он сломал из-за меня свой нос. А мама всегда учила меня извиняться. Так что на следующи й день я хотела извиниться. Но бабуля решила поехать в районный центр за пенсией и попросила съездить с ней вместе. Приехали мы уж после обеда, потом надо было помочь бабушке по хозяйству. И о том, что я хотела извиниться перед Ником, я вспомнила только вечером. Я взяла бабулиных пирожков и пошла к соседям. Я подёргала калитку, во дворе залаял пёс, и на крыльцо вышла полная женщина.

— О!.. А мы как раз вас с бабой Симой собрались звать. На свежину!..

— На какую свежину? — спросила я.

Из дома на звук голосов вышел Ник, с тарелкой в руках. Ник выглядел парадно: джинсы были модными и явно дорогими, даже рубашка с короткими рукавами сидела на нём отлично. Ник что-то жевал, лицо у него было опухшее, а под глазами расплывались потрясающие синяки.

— На свинину, конечно же, — всплеснула руками соседка. — Иди, бабулю позови!..

Ник тем временем хмуро взглянул на меня и, подцепив вилкой кусок тушёного мяса, начал его жевать. Меня едва ли не замутило. Я не была вегетарианцем, но почему-то мне стало жалко Конфуция. И извиняться перед Ником расхотелось, тем более он так злостно на меня посмотрел, как будто я лично ему нос лопатой расквасила.

Так что я, как дурочка, разревелась и убежала. Баба Сима удивилась, найдя меня обнимающей подушку.