Я расскажу тебе как их хранить.

— А почему наличными?

— Потому что ты ещё не в том возрасте чтобы распоряжаться своим счётом. Для этого будет оформлена кредитная карточка с десятью тысячами. Ими ты сможешь расплачиваться, не используя наличку.

— А почему не на вас? — непонимающе свела она брови, морща переносицу, и тут же убрала за ухо влажные волосы. — Ведь так было бы гораздо проще."

"— Только в том чтобы не встречаться с Джеймсом, — усмехаюсь поднимаясь со стула и вышагиваю к окну. — Во всём же остальном — одни сплошные проблемы. По какой причине ты переписала свою компанию на меня? Кто я тебе, когда уже есть родной дядюшка? Стоит забрать компанию таким образом и тут же начнётся целое море вопросов. Журналисты будут плести интриги, а мои конкуренты и враги то и дело пробивать этими слухами мою броню, — выдохнул, упираясь предплечьем в оконный косяк. — Нет бемби. Так не легче и не проще. Так что решай и не затягивай. Завтра меня в любом случае ждёт безумно напряженный разговор с сыном и мне бы не хотелось проходить через него дважды.

— Но почему вы решили меня отпустить? И почему не сделали этого раньше?

— Потому что искренне верил, что поступаю правильно. И верил в это до тех пор, пока не понял, что начинаю не только ломать тебя. Но и свою семью, — упёрся лбом в сжатый кулак, провожая взглядом проезжающие автомобили. — Уберегая тебя от домогательств Джеймса, я забил первый гвоздь в наш с ним раскол. Затем пошел на поводу у физиологии и переспал с тобой, словно полный удиот. Потом чуть не сорвался и не забрал тебя себе. И так будет постоянно пока ты рядом. Вы с Джеймсом будем драться за тебя словно остервенелые псы за сучку в период течки. А ты продолжишь играть на этом безумии, пытаясь отомстить за свою семью. Так что, в конечном счете, всё закончится либо полным развалом моей семьи либо твоим срывом. А я очень не хочу ни одного, ни другого.

— Говорите так, словно осуждаете меня, — фыркнула бемби, и в её голосе послышалось отчаяние. Она всё ещё сидела на кровати не поворачиваясь в мою сторону, пока я продолжал наблюдать за ней через бледное отражение в стекле. — Но не я приняла решение стать женой вашему сыну. Не я отказалась от матери и рассталась с ней на четыре долгих года! Вы перевернула всю мою жизнь. Превратили в заключённую на особом положении! Я пришла в вашу постель, чтобы вы подарили мне свободу от Джеймса, а вместо этого превратилась в шлюху вашего семейства, — на этот раз она уже плакала. Тихо и беззвучно. Не хрипела и не задыхалась. А просто то и дело прикусывала губы и вытирала бегущие по щекам слёзы.