Черт, нет, но почему сейчас-то? Те самые дни, о которых врачиха мне заливала, все-таки снова начались, сволочи.

Я стою в ванной еще пять минут, перерыв тут все и понимая, что ни хрена тут нет никаких прокладок женских. Ни одной, вот вообще ни единой. Нервный смешок вырывается из горла. С каждой секундой, мать ее, жить мне становится все веселее и веселее.

Быстро одеваюсь и выхожу в коридор. Мне жутко стыдно, но я должна попросить купить Арбатова мне это. Больше некого просить о таком, а к его змее гремучей я и не думаю соваться. После того как она меня на кухне встретила, считаю ее злейшим своим врагом. Черт. Такие вещи я всегда сама покупала, ну или чаще, конечно, воровала, но это мне было надо, и сейчас. Тоже надо.

На часах семь утра, а я стою уже как минуты три под дверью спальни Арбатова, и не решаюсь зайти. Как-то странно все это, неправильно и стыдно. Я вообще не знаю этого мужчину сурового, он можно сказать, как вещь меня забрал, а тут такое…

Уже разворачиваюсь, чтоб уйти, но в последний момент все же нажимаю ручку двери и тут же застываю на пороге от увиденного.

Святые угодники. Лучше бы я у себя сидела. Как только двери открываются, я вижу Всеволода Генриховича. Голого. А еще Лизу змеевну. Тоже голую. Она лежит на кровати, задрав высоко ноги и сложив их ему на плечи огромные. Эта белобрысая змея орет громко и бесстыдно, пока мужчина двигается на ней, как зверь дикий и неистовый.

Мне бы свалить отсюда по-добру, по-здорову, но я словно к полу приросла. Я впервые вижу голого взрослого мужика, и это завораживает меня. Тигр делает грубые толчки, от чего мышцы на мощной спине красиво переливаются на свету при каждом из них."

"Его тело, оно точно тигриное. Он вбивается в Лизу, буквально расплющивая ее на кровати, а я…сдвинутся с места не могу. Не знаю что со мной, но я хочу смотреть на него. Снова и снова, не останавливаясь, и даже не моргая. А что, если бы он меня так держал. Также прикасался.

В животе что-то сильно тянет, и это уже не похоже на боль от месячных. Сглатываю громко. Почему-то мое сердце начало быстро стучать от увиденного. Колотиться стало прямо как бешеное в груди.

В какой-то момент я понимаю, что стою тут уже больше минуты, даже не пытаясь скрыться, и выдаю себя с потрохами, когда громко шмыгаю носом. Блин, шпион, конечно, из меня никудышний.

– Аа! Сева, она смотрит!

Арбатов оборачивается быстро, и я его голый торс вижу. И волосы черные на груди тоже замечаю. Сердце пропускает пару ударов.

– Блядь, пошла на хрен отсюда!

Меня пулей сметает с этого места проклятого, я даже двери толком не успеваю захлопнуть, молниеносно скрываясь к своей комнате. Сердце стучит так быстро, что кажется, еще немного, и просто выпадет из груди. Господи, зачем, ну зачем я смотрела на Всеволода Генриховича…Зачем хотела смотреть.