– Я же не самоубийца!

– Я надеюсь, что так! – Толстяк пожевал губами, покачал головой, наклонился над стариком, внимательно вглядываясь в его тусклые глаза с красными прожилками, в сухую, как старинный пергамент, кожу, в узкие губы нездорового синеватого оттенка. Он поставил на стол свой чемоданчик, открыл его, достал оттуда компактный кардиограф. Расстегнул пуговицы рубашки своего пациента, закатал рукава, закрепил на сухой коже электроды. С минуту следил за выползающей из прибора бумажной лентой, на глазах мрачнея.

– Ну что там, док? – осведомился старик с наигранной веселостью. – Сколько я еще протяну?

Толстяк молчал, потирая переносицу, и вдруг лицо старика исказилось яростью:

– Говори мне правду! Нечего разыгрывать тут дешевую мелодраму! Я не истеричная дамочка! Я должен знать, сколько мне осталось, с точностью до дня!

Белоснежная собака, почувствовав волнение хозяина, тоже забеспокоилась, настороженно заворчала.

– С такой точностью не знает никто, кроме Господа Бога! – толстяк испуганно отшатнулся. – Но я уверен, что у вас в запасе не больше двух месяцев…

Собака подняла голову, вопросительно взглянула на хозяина.

– Два месяца? – задумчиво переспросил старик, мгновенно успокоившись.

– Это в самом лучшем случае. Если вы будете строго выполнять мои предписания.

– Буду, – старик резко кивнул, – если мы сделаем то… то, о чем вы говорили?

– Ну… вы же знаете, какие в вашем случае возникают проблемы… – протянул толстяк, пряча глаза. – У вас очень, очень необычный случай! Можно сказать – уникальный!

– Это мои проблемы! – оборвал его старик. – Так вот – если мы это сделаем?

– В этом случае вы можете прожить еще очень долго, – врач суетливо потер руки. – Но только имейте в виду – я не хочу знать, как вы будете решать эти проблемы!

– Само собой, док, само собой! – успокоил его старик. – Но только вы уж будьте наготове!

– Разумеется. – Врач неторопливо убрал прибор, закрыл свой чемоданчик. – Вы – мой самый важный клиент, и я всегда в вашем распоряжении! Конечно, мне было бы гораздо спокойнее, если бы вы находились в госпитале, но, как я понимаю, вы на это не согласитесь…

– Правильно понимаете, док! Здесь я в безопасности, здесь я среди своих людей, а в госпитале ни в чем нельзя быть уверенным…

– Ну что ж, тогда придется положиться на Господа Бога…

– Проводите дока! – произнес старик совсем негромко, но как будто из жаркого полуденного воздуха мгновенно появился охранник в черном и повел врача обратно к машине.

– И позовите Агата! – добавил старик.

Едва машина врача отъехала от террасы, возле старика появился невысокий, худой человек неопределенного возраста с узким, бледным, невыразительным лицом.