Поспать ему удалось только три часа, да и то вряд ли можно было назвать сном тревожное забытье, в которое он с усилием проваливался и которое тут же выталкивало его обратно.

– Я тебе позвонил, ты уже спал, сейчас раннее утро и ты выспавшийся как огурчик – когда ты собрал слухи?

Звонарев усмехнулся и достал из лакированного бара-холодильника четырехгранный графин с притертой пробкой и хрустальную вазочку с бутербродами.

– Я же понял, что у тебя срочная проблема, дал задание своим ребятам, утром они мне доложили. Хочешь виски?

– Нет. Не буду голову дурманить. Да и нехорошо с серьезными людьми встречаться и дышать на них спиртным.

– Ну, как хочешь, – Звонарев наполнил на два пальца широкий стакан с толстым дном, сделал один глоток, другой, закусил бутербродом с красной икрой.

– А есть будешь? Икра, колбаса, печеночный паштет…

– Нет. Не до того. Аппетит начисто отшибло.

– Если так, значит, дело серьезное. Так что случилось-то?

– Да я только лечу разбираться, что случилось, – резко ответил Корнилов. – Вот сведу концы с концами, тогда буду знать. А так что зря боталом махать?

– Думаешь, в Москве лучше знают, кто тебя кинул?

– Слушай, Звон, пей лучше молча да вспоминай свое героическое ментовское прошлое.

– Понял! – Звонарев выпил еще немного, съел несколько бутербродов и вдруг вспомнил:

– Слушай, братан, а ведь у меня недавно был бывший коллега из особого отдела, ну, который вместо УБОПов по вам работает. Терминатор. Знаешь его?

– Еще бы не знать. По-моему, он нас и вчера вязал со своим дружком, хотя рожи масками закрыли. И чего?

– Да ничего. Хотел вас свести, подружить. Он бы сейчас, может, и помог.

– Да, они хорошо помогают, – зло оскалился Корнилов.

 – Вначале весь ливер отбивают, потом на восемь-десять годков в зону отправляют. А чего это мусора к тебе ходят? Может, ты им тоже помогаешь?

Звонарев отмахнулся.

– Чего ты гонишь? Не знаю я, чего он хотел. Пришел, какую-то пургу прогнал, а потом попросил купюру срисовать, размеры снять.

– Какую купюру?

– В пятьсот евро.

– А что, у него своих купюр нет?

– Да вот и я думаю, по идее должны быть.

– А зачем тогда приходил?

– Не знаю.

– Ну, а ты спрашивал, зачем ему купюру мерить?

– Спрашивал. Ну, он и буркнул, что вроде контрольная закупка у них намечается.

А так, не так – не знаю.

– М-м, – протянул Корнилов. – Ну, в этих всех подлянках ты лучше меня разбираешься.

Звонарев хотел было что-то ответить, но передумал. Некоторое время они летели молча. А потом начальник СБ нарушил молчание:

– А знаешь, что я тебе скажу: этот Терминатор – такой олух, что, может, действительно пятисотевровку в руках не держал.

– Ну-ну, – сказал Корнилов. Видно было, что мысли его находятся далеко за пределами комфортабельного салона.