Педагогическое образование тоже заочно. Причём доучивалась, уже будучи замужем.

Мне исполнился двадцать один, когда в нашем доме появился Воеводин, без приглашения, конечно, о чём папенька ему напомнил и попытался выставить. Но Алекс не тот человек, которому можно указывать. Бесцеремонно отодвинув моего родителя со своего пути, он сообщил, что пришёл за долгом. Отец сразу задёргался и залебезил, а мне стало любопытно, как выглядит тот, который умудрился привести сурового властного папеньку в состояние ужаса.

Выскользнула из своей комнаты, где подслушивала и прокралась к гостиной, приложив ухо уже к той двери. Да только не рассчитала и надавила на дверь сильнее, тотчас вывалившись в комнату. До сих пор помню тот страх, что сковал душу под холодным, сверлящим взглядом. Я боялась его так, что пальцы на ногах немели, да что там, до сих пор боюсь!

А этот гад заявил, что пока папенька не выплатит долг, я поживу у него. Отец, разумеется, был против, орал, что я порядочная девушка и всё в таком духе, но кого это остановило? Уже через час меня вместе с вещичками загрузили во внедорожник, и одна клетка сменилась на другую.

Я старалась вообще не выходить из выделенной комнаты, чтобы не встречаться с пугающим меня мужчиной. Не помогло. Спустя неделю Алекс вручил мне мой же паспорт уже со штампом о браке и сказал, что за меня он не только долг простил, но ещё и доплатил. Вот так я и стала игрушкой. Без прав, без собственного мнения, просто красивым аксессуаром для выходов в свет, ну и как грелка в постели тоже сгодилась со временем.

– Как это со временем? – удивлённо переспросила Ирина.

– Ну... месяца три он меня не трогал, – прошептала смущённо.

– А потом изнасиловал?

– Нет, ему это без надобности, – моё лицо окончательно приобрело насыщенный красный цвет и, пока собеседница не задала ещё какой-нибудь провокационный вопрос, я сменила тему: – В общем, осознав, что сил так жить не осталось, я решила сбежать.

Задумчиво побарабанив ногтями по столешнице, Ирина прищурившись спросила:

– Я правильно поняла? К сексу муж тебя не принуждал? Бил?

– Нет!

– Как-то наказывал?

– Нет!

– Денег не давал? Из дома не выпускал?

– Да нет же! Карточка безлимитная, а из дома... Выпускал, но только с охраной.

– Что с его положением очень разумно. Знаешь что? Прости, но я пришла к выводу, что ты дура!

Ну вот, я же говорила, что никто меня не поймёт! С чего вдруг решила, что женщина с моим лицом поддержит моё мнение? Она не я, не знает, каково быть постоянно одной. Без друзей и подруг. Когда вместо любимого мужа у тебя лишь глыба льда, которую ты едва знаешь. Мне иногда казалось, что я скоро и говорить-то разучусь, ибо не с кем!

– Ладно, не дуйся, – улыбнулась девушка примирительно.