— Кто мне скажет, что здесь происходит?

Элизабет разразилась неудержимым хохотом.

— Чего ради эта толстуха виснет на мне, и вообще тут распрыгалась? — настаивала Джессика.

— Я отвечу, но сначала скажи мне, где ты была. Только не надо про книжки и бельишко, этим ведь занимается твоя лучшая подруга Робин Уилсон.

— «Лучшая подруга»?!

— По крайней мере, она так думает.

— Что ж, может, она и права. Должен же кто-то всегда быть под рукой.

— Чтобы быть на побегушках и лизать тебе сапоги?

— Лиз Уэйкфилд, ты прекрасно знаешь, что для сапог мне хватает крема для обуви.

В этом была вся Джессика. Хотя в семье «писательницей» слыла Элизабет, сестричка не лезла за словом в карман, особенно, если ей хотелось закрыть неприятную тему. Но на этот раз Элизабет решила, что не позволит ей так легко отделаться.

— Что же тебе все-таки помешало помочь мне по уборке дома? И откуда эта обновка?

Джессике удалось разыграть удивление.

— Ты об этом? — спросила она, коснувшись сапфирно-голубого платка, повязанного на шее.

— Именно. Где такие раздают?

— Это подарок Лилы Фаулер.

— Так Лила Фаулер и есть твое важное дело?

— Лила, между прочим, входит в состав школьного актива, и тебе ли этого не знать? Тетя прислала ей этот платок из Нью-Йорка, но цвет не подошел, и Лила подарила его мне."

"Элизабет лишь покачала головой. Платок действительно был очень хорош и, конечно, немало стоил. «Неужели богачи всегда так щедры с другими?» — подумала она.

А Джессика продолжала беззаботно улыбаться.

— Ты не подумай, Джес, что я завидую, но я не собираюсь вкалывать в одиночку, развлекая при этом твою лучшую подружку.

Джессика обратила к небу свои прекрасные глаза.

— Что до Робин, ты могла сто раз ее спокойненько спровадить, только что же она все-таки тут наплела?

— Ничего особенного. Где уж тебе, такой деловой, вспомнить, как Робин мечтает о «Пи Бета».

— Ах, это, — вздохнула Джессика. — Все время вылетает из головы.

— Ага. Только это ее последний шанс.

— Правда, что ли? — Джессика была сама невинность.

— Именно, — стояла на своем Элизабет. — Раз уж ты все равно хотела поставить этот вопрос, я обещала поддержать ее кандидатуру на следующем собрании.

У Джессики даже рот от удивления округлился — Что ты ей там обещала? Ты что, рехнулась, что ли?

Вот теперь недоумение безупречно разыграла Элизабет. Сказалась хорошая школа сестры.

— Но, Джес, что ты хочешь этим сказать?

— Как ты представляешь себе эту бочку свиного жира в нашей «Пи Бета Альфа?»

— Извини, Джес, — лукаво сказала Элизабет, — только что она назвалась мне твоей лучшей подругой.

— Это к делу не относится. Здесь вопрос имиджа.

— Ах, вот как? Но когда Робин таскается по твоим поручениям, «вопрос имиджа» тебя не волнует.