Настроение у нее слегка упало, ей так хотелось провести этот день радостно, и чтобы все были вместе, и чтобы всем было весело, и чтобы все дружно готовились к отдыху в Турции и мечтали о ярком солнце и теплом море. Николаша не в счет, он с ними не едет, у него дела, проблемы… Господи, как его оставить здесь одного на целых две недели? Ведь если что случится, родителей рядом не окажется, и найти их сразу будет невозможно, пройдет какое-то время, прежде чем узнают, в каком отеле они отдыхают и как туда позвонить. А если Колька попадет в больницу? Кто будет разговаривать с врачами, сидеть с мальчиком, платить медперсоналу? А вдруг еще какая-нибудь неприятность? Не смогут найти родителей и обратятся к деду.

Папа не выдержит. Может, не ехать никуда? Отправить Родика с Лелей на море, а самой остаться дома и караулить сына? Нет, это не выход, Родик так радовался, что может наконец поехать вместе с ней за границу, он так и сказал ей: «Любаша, я так виноват перед тобой, из-за моей глупости ты столько лет считала копейки и во всем себе отказывала, и вот теперь у нас появились деньги, и я могу вывезти тебя на Средиземное море. Наконец-то я могу почувствовать себя настоящим мужем и добытчиком в семье». Ну разве может Люба омрачить ему эту радость?

Она постаралась вернуть лицу выражение радостного предвкушения и вместе с мужем спустилась вниз встречать Аэллу.

— Вы вдвоем едете в Турцию? — поинтересовалась Аэлла, трогаясь с места. — Медовый месяц решили устроить?

— Нет, с нами Леля едет, — ответила Люба.

— Ну слава богу, — Аэлла шутливо сделала вид, что с облегчением переводит дыхание, — а то я уж подумала, что вы всех своих иждивенцев с собой потянете, и Лизу с двумя детьми и сиделкой, и Лариску с бабкой и папашей-алкоголиком.

А что? Неплохая сложилась бы компания, может, Ларискин папаша с Лизой составили бы счастливую семью.

— Аэлла, — с упреком произнесла Люба, — перестань.

Родислав ничего не сказал, только нахмурился и отвернулся. Но, к счастью, это была единственная парфянская стрела, выпущенная в тот день Аэллой Александриди. Все остальное время она возила Романовых по магазинам, помогала выбирать вещи, придирчиво осматривала выходящую из примерочной Любу и давала довольно ценные советы по поводу того, как скомбинировать вещи между собой, чтобы при минимуме затрат получить максимум разнообразных туалетов.

Родислав тоже не остался без обновок, ему купили итальянские легкие белые брюки и американские сандалеты из натуральной кожи. Сделав все покупки, они по приглашению Аэллы зашли в ресторан пообедать, потом вернулись домой. Настроение у Любы и Родислава было отличным.

* * *"

"— Ты бы видел, как Любочка преобразилась, когда мерила все эти тряпочки! — Ворон захлебывался восторгом.