— И еще я в Интернете читал, что на Украине номер поезда изменили, — добавил Денис. — Страх перед тремя шестерками даже имеет свое название. Сейчас скажу какое… — Он возвел глаза к потолку и медленно выговорил: — Гексакосиойгексеконтагексафобия. Уф! — выдохнул он и рассмеялся.

— Как-как? — заинтересованно спросил Бегорский.

Денис повторил, на этот раз чуть более уверенно.

— Да тут без поллитры не разберешься, — покачал головой Андрей. — А ну давай медленно и по слогам.

За столом началось оживление, все по очереди, а то и разом пытались запомнить и выговорить без запинки длинное сложное слово. Люба с улыбкой смотрела на гостей и думала о том, что и после шестидесяти люди не перестают в чем-то быть детьми. Ей было спокойно и радостно среди тех, рядом с кем она провела полвека. Она их любила, даже врушку и выпендрежницу Аэллу, которая к седьмому десятку так и не повзрослела и по-прежнему пытается строить из себя самую крутую, самую красивую, самую успешную и вообще самую-самую.

Со сложным словом наконец справились, и разговор переключился на Кирилла.

— А где вы сейчас снимаетесь? — поинтересовалась Юля.

— В длинном-длинном сериале из жизни молодежи. Мне Аэлла даже пластику делала, чтобы меня взяли на эту роль.

Аэлла изменилась в лице, было видно, что откровения Кирилла ей не очень-то приятны.

— А разве мужчины делают пластику? — искренне изумилась Юля. — Я думала, этим только женщины балуются.

— Да нет, — усмехнулась пришедшая в себя Аэлла, — среди моих пациентов полно мужиков. Сейчас все, кто связан с бизнесом, хотят выглядеть здоровыми и моложавыми, это модно и престижно. Мы с Кириллом как раз и познакомились, когда он пришел ко мне в клинику с просьбой поправить ему лицо."

"— А что, вы разве плохо выглядели? — наивно спросила Юля, которой интересны были подробности из жизни мира кино.

— Я выглядел старше своих лет, — очень спокойно ответил Кирилл. — Сейчас мне пятьдесят один, а тогда было пятьдесят, а выглядел я… на сколько, Аэлла? На шестьдесят, наверное?

— На пятьдесят восемь, — сквозь зубы ответила Аэлла.

— Ой, а сейчас я бы вам больше сорока не дала, — восхитилась девушка. — Какая же вы все-таки мастерица, Аэлла Константиновна!

Комплимент возымел свое действие, и Аэлла немного оттаяла.

— Ты смотри, как наша красавица злится, — шепнул Бегорский сидящей рядом с ним Тамаре. — Ей-то хотелось, чтобы мы все думали, что у нее молодой любовник, а он на самом-то деле не такой уж и молодой, всего на одиннадцать лет моложе.

— Да, — согласилась Тамара, — одиннадцать — это не двадцать два, разница есть. Знаешь, а мне этот Кирилл нравится, какой-то он открытый, искренний, ничего из себя не строит, ничего не скрывает, сделал пластику — и спокойно признается в этом.