— Все? — недоверчиво переспрашивала Аня. — Все, какие есть?

— Да, именно все, какие есть, потому что там, куда я лечу, непонятно, какая будет погода, и непонятно, какой костюм я надену.

— Но можно же позвонить, узнать, или в Интернете посмотреть…

— Я еще не знаю, когда я полечу. Анечка, мне очень скучно тебе все это объяснять. Мне нужны все рубашки, чтобы в любой момент я мог выбрать то, что мне понадобится. И всё, мы это не обсуждаем.

— А мы вообще когда-нибудь что-нибудь обсуждаем?

— А зачем обсуждать? Я тебе сам все скажу, ты только спроси — и я все тебе скажу.

Теперь насчет завтра: сегодня вынь все из шкафов и комодов, всю посуду, белье, вещи.

— Зачем?

— Анюта, у меня нет времени отвечать на вопросы. Освободи всю мебель в большой гостиной и в моем кабинете.

— Что случилось? Мы переезжаем?

— Я купил новую мебель.

— Как — новую мебель? А со мной посоветоваться не нужно?

— Аннушка, я уже сказал: на вопросы я не отвечаю, у меня нет времени. Ты вынимаешь всё…

— А если мне эта мебель не понравится?"

"— Понравится.

Хотя не имеет значения, понравится она тебе или нет. Грузчики придут завтра вечером, так что сегодня ты займешься освобождением мебели. Выкладываешь все так, как лежало на полках, в том же порядке, чтобы не было куч. Ты поняла?

— Хорошо, дорогой, куч не будет.

— Значит, грузчики приедут завтра в восемнадцать часов плюс-минус пятнадцать минут. Пусть все занесут, поставят в холле и ждут меня. Запиши! Пусть сидят и ждут меня, я договорился, они будут ждать столько, сколько нужно. Пока я не приеду.

— А когда ты приедешь? Мне не очень нравится, что у меня дома будут сидеть чужие мужики.

— Я приеду ориентировочно в восемнадцать тридцать, но возможны изменения. Я позвоню тебе и поставлю в известность. Ни в коем случае не отпускай грузчиков и не давай им денег, пусть ждут. В моем присутствии они все откроют, и я проверю качество и комплектность.

— Но я тоже могу проверить комплектность…

— Это не женская забота, — отрезал Бегорский. — С деревяшками должны возиться мужчины, вы, дамы, все равно в них не понимаете.

Кстати, я уже все промерил и точно скажу, куда что поставить, об этом можешь не думать. Ты все поняла?

— Да, дорогой, я все поняла.

— Вот и умница.

В конце инструктажа следовал обязательный нежный поцелуй. Бегорский целовал жену, потом сынишку и уезжал руководить холдингом. Иронической улыбки жены он не замечал.

На работе Андрей Сергеевич вел себя точно так же, вырабатывая жесткие инструкции и требуя их неукоснительного выполнения.