— Расширение?

— Ага, сдвинем границу Царства чуть севернее. Отлично же. Да и если честно, — Царь мечтательно улыбается, — я давно заглядывался на эксклюзивную красную сомятину из Пади. Её ведь только на стол к Тапио и его «папику» Сигурду подавали. Но теперь, благодаря Даниле, она перекочует в моё меню, хе-хе-хе.

Владислав бросает взгляд на брата, мысленно усмехаясь: «А ведь верно, эта сомятина — обожаемое блюдо Сигурда Третьего. Значит, новость о захвате Пади— если это случится — здорово подожжёт пукан шведскому королю».

* * *— Даня! Они скинули! — кричит Камила, высовываясь за борт корабля. — Птички сбросили сюрприз!

— Ты главное сама не скинься, — передаю ей бинокль. — Держи.

— Ой, спасибки, — она тут же впивается глазами в горизонт. — Это и есть первая часть твоей стратегической триады? Птички с взрывчаткой?

— Точно. Время для второй.

С моря было видно, что план идёт как надо. Чайки сбросили взрыв-артефакты точно на головы патрульных и солдат, что выскочили наружу. Артиллерийские орудия остались целы — они мне ещё пригодятся для обороны против финнов. Конунг Тапио точно не сдаст без боя такой лакомый кусок, как Акулья Падь. Но придётся-таки отдать, хе.

Хм, а где же наши фаршированные рыбины? Они должны уже подплыть к крепостным валам…

БАХ!! БАХ!!

Вот и подплыли.

Фортификационные укрепления взлетают на воздух, артиллерийские орудия разлетаются в стороны, сбивая прицел.

— Ну, теперь — захватывайте бухту! — оборачиваюсь к Студню. — Противник понёс серьёзные потери, они растеряны, так что справитесь.

— Шеф, да без вопросов. Ты опять всю основную работу сделал, — вздыхает старший гвардеец. Ну вот чего он каждый раз вздыхает? Пора бы привыкнуть — я ведь не тот конунг-граф, что отсиживается в убежище.

— Камила, полетели, — беру её за руку и тяну к Зубастику, который стоит на узкой вертолётной площадке на корме.

— Даня, а куда мы?

— Проведаем наше наземное наступление.

— Ой, как здорово! — она будто на экскурсии.

Зубастик поворачивает к нам зелёную морду. И зелёную не только в прямом смысле — дракнчик морские путешествия не переносит, сразу укачивает.

— Бедненький, — со страданием вздыхает Камила.

— Сейчас избавим его от морской качки, — усмехаюсь я, запрыгивая на чешуйчатую спину и протягивая руку жене. — Вернее, заменим её на воздушную.

Как только усаживаемся, Зубастик, не теряя времени, разгоняется и взлетает прочь от укачивающего корабля. Странное дело, но в воздушных потоках он чувствует себя лучше. Логично было бы списать всё на самовнушение, но нет — я же телепат и прекрасно вижу, что зверюга реально мучается.

Мы стремительно поднимаемся над вереницей корветов, что направляются к бухте Акульей Пади. Корабли уже вышли из зоны обстрела, но пушки молчат — стрелять просто некому.